«Случайная» закономерность

На недавнем семинаре, организованном по инициативе регионального отделения «Союза машиностроителей России» и Политехнического института СФУ, речь шла о возможностях современных систем автоматизированного проектирования. Большое впечатление на слушателей произвело выступление директора научно-образовательного центра интегрированных компьютерных технологий СФУ Валерия Рутковского. Представленные им разработки и специализированное программное обеспечение в сочетании с современными средствами вычислительной техники приносит реальный доход. Тема особенно актуальна в условиях экономического кризиса. Однако в ходе презентации проектов команды Рутковского в числе заказчиков почему-то не мелькнуло ни одно российское предприятие…

Швейцарский опыт

Во время вышеупомянутой презентации инженер Валерий Рутковский перевоплотился в успешного учёного, разработками которого пользуются всемирно известные зарубежные фирмы, в том числе Siemens Medical Solutions, Nike, Cern, Reiser, Levitronix и другие.
После окончания Сибирского аэрокосмического университета (в то время Красноярского института космической техники) Валерий остался на кафедре летательных аппаратов, преподавал, а затем стал начальником Центра информатики. Опубликовав в 1997 году несколько статей в престижных журналах по механике США и Швейцарии, он получил предложение от Швейцарской академии технических наук (SATW) заключить 8-месячный контракт с коммерческим центром университета Лозанны, занимающимся разработкой имплантатов с широким применением керамики и углеродного волокна.
– Кроме контрактной оплаты я получал ещё и стипендию Швейцарской академии технических наук, – вспоминает Рутковский. – Для этого требовалось в том числе владение дополнительным языком (немецким, французским или итальянским) помимо английского. Наша команда, состоящая из молодых ученых России, Бельгии, Франции и Швейцарии, работала над проектом искусственного клапана сердца. С 1998 по 2001 год клапан был успешно имплантирован более чем 150 пациентам и завязались долговременные деловые отношения с американским отделением фирмы.
– То есть Вы остаетесь её сотрудником?
– Периодически выполняю заказы на проектирование имплантатов костей и межкостных дисков для CodMAN, систем искусственной циркуляции крови для Levitronix, медицинских инструментов и различных технических устройств. Со многими болезнями, которые у нас в стране считаются неизлечимыми, в развитых странах легко справляются с помощью имплантатов и специальных малотравматических хирургических операций. Например, гидроцефалия. В череп пациента устанавливается клапан диаметром 6 мм для сброса избыточного давления мозговой жидкости либо в предсердие, либо в желудок – и если операция сделана в детстве, то люди излечиваются полностью. Устройство в производстве стоит от 176 долларов, а в России это дорогая, малодоступная операция!
В 2005-2007 году наша команда разработала систему медицинского электронного документооборота и ведения электронной истории болезней для клиник в США. Она использует самые современные технологии IT-отрасли, работает как сервис из любой точки планеты при наличии Internet и не требует системного администрирования в самой клинике. Система способна проверить, правильно ли человека лечили.
Мы интегрировали в систему полную трёхмерную модель человека. Техническое задание, а это более 8 тысяч страниц, было разработано группой квалифицированных врачей из ведущих мировых клиник. Около двух лет нечто подобное пытались создать индусские программисты и потерпели фиаско. Мы смогли реализовать идею, используя последние достижения web-технологий и опыт трёх программистов (вместе со мной над задачей работали специалисты компании «РУСАЛ» и ОАО «ИСС» им. академика М.Ф. Решетнёва).
– Интересно, как это всё выглядит на практике?
– Очень просто: например, приходит пациент с покрасневшим глазом. Сразу ставится код «неисправности» – «красный глаз». Далее, в соответствии с действующими на сегодня международными стандартами система выдаёт полный ряд возможных причин (не только очевидных из предыдущей практики врача) и рекомендует ряд обязательных анализов, процедур и набор расходных материалов. Плюс ко всему, ведётся автоматический контроль за всеми действиями клиники. Только в США по статистике порядка 8,5 тыс. пациентов гибнут от неправильного лечения. По оценкам экспертов – без применения электронных систем медицинского документооборота эта цифра была бы в четыре раза больше.
– Во время презентации проектов вашей группы выяснилось, что сфера приложения идей выходит далеко за рамки медицины.
– После Швейцарии я работал по контрактам во Франции и в Австрии. Делал проекты для министерства авиации Италии (ветряные и приливные электростанции), Cessna (авиация), Hyundai. В числе заказчиков были Nike и New balance – фирмы, производящие кроссовки, мы проектировали геометрию подошвы для достижения нужных характеристик жёсткости и усталостной прочности. В сотрудничестве с университетом Delft Голландия был создан программный код для оптимизации форм гоночных яхт (в 2006 году яхта ShipWorks стала чемпионом мира в классе PowerBoat P1). Группой наших программистов для компании Reiser была создана система автоматизированного проектирования упаковок для быстрого замораживания продуктов. Для нового двигателя Ferrari проектировался глушитель с заданным заранее характером звучания…

Эх, Россия...

– Валерий, неужели нельзя и у нас в России внедрить систему электронного документооборота в медицине, да и другие ваши разработки?
– А разве мы не пытались? У нас есть большой опыт изготовления различных имплантатов. Например, проектировали устройство для операций на сердце через пищевод: в штатах оно уже серийно производится. Один раз попробовали поговорить в России и получили ответ: лицензирование будет стоить 3,5 млн долларов!..
– Неужели к Вам ни разу не обращались российские заказчики?
– Несколько раз приходилось иметь с ними дело, но пусть это и непатриотично звучит – с российскими предприятиями работать сложно, особенно с крупными.

Обычно российский производитель ставит неразрешимую задачу: на устаревшем оборудовании, из сомнительных материалов, с немотивированным персоналом создать изделие на уровне мировых стандартов.

В России исполнитель не заинтересован в повышении эффективности работы своей фирмы. Поэтому с трудом внедряются новые технологии. Они являются не инструментом прогресса, а головной болью для персонала… Другое дело в Америке. Мой знакомый инженер в США сначала зарабатывал тем, что машины мыл и подрабатывал таксистом, а потом устроился чертёжником в медицинскую фирму. В это время было зарегистрировано три смертельных случая при операциях на сердце, за счёт несовершенства конструкции сердечного клапана. Он предложил ряд технических решений и через два года стал вице-президентом компании. С точки зрения организации работы там всё чётко: кто приносит фирме прибыль, очень быстро перемещается по служебной лестнице.

Броненосец вместо лодки

– В вашу команду входят не только специалисты из Красноярска…
– У нас есть узкие специалисты из Томска, Иркутска, Петербурга, Москвы, а также Бостона, Неаполя, Парижа, Амстердама. Если можно так выразиться – штучный народ, “заточенный” на определённый класс задач. Большинство выпускников наших вузов, специалистов по ИТ-технологиям и компьютерному моделированию не могут пройти даже простое тестирование, очень поверхностно знают о некоторых технологиях, а использовать их на практике, к сожалению, вообще не могут.
– Почему так происходит?
– Существует большая разница между коммерческим программированием и наукой. У нас, в России, очень часто наука не имеет никакого прикладного выхлопа. За рубежом если получен коммерческий проект, то исхитрись, а к данному сроку, пусть привлекая сторонних разработчиков, покупая куски кода, собери то, что будет работать и устраивать заказчика. Значительная часть программистов, воспитанных в нашей системе, не в состоянии ни оценить задачу, ни решить её: заказываешь лодку к такому-то сроку, а тебе выдают броненосец через два года…
– Но Вы же сами заканчивали российский вуз…
– Да, тогда было другое время и совершенно иной уровень подготовки. В своё время в Сибирском аэрокосмическом университете давалась достаточно неплохая фундаментальная подготовка с постоянной производственной практикой на заводе “Красмаш” или в “НПО ПМ”. Студенты видели, как создаётся ракетно-космическая техника, ездили в командировки на испытательные полигоны и верфи подводных лодок. Чтобы оставаться на уровне, необходимо постоянно заниматься самообразованием, благо есть мощнейший информационный ресурс – Интернет. В зарубежных вузах создается благоприятная исследовательская среда, в лабораториях организован доступ продвинутых студентов к оборудованию и ресурсам, ведь не всё решают финансы. Однажды на моих глазах представитель фирмы Siemens принес несколько ведер микросхем – не пошедшего в серию процессора, высыпал их в студенческой лаборатории – паяйте...
Сейчас в СФУ мы занимаемся внедрением новейших компьютерных технологий в учебный процесс и НИР. В Политехническом институте работает проект «Электронное сетевое предприятие», оказываются консультационные услуги сотрудникам и преподавателям. Запущено четыре 3D принтера и трёхмерный сканер. В этом году университет планирует приобрести ультрасовременную систему коллективного проектирования и автоматизации производства Catia (Франция). На пятой версии этой системы создано большинство Boeing, AirBUS, BMW… Нам, первым в России, дают шестую её версию, которая будет продаваться только в 2009 году.
Техника и программное обеспечение сейчас на уровне – надо осваивать и внедрять.

Вера КИРИЧЕНКО
Средняя оценка: 4.6 (проголосовало: 11)