Пауза – тоже музыка

«Феномен музыкального времени и современная наука» – тема первой в СФУ музыкальной лекции-презентации, которую прочитал или, точнее, исполнил заслуженный артист России, доктор искусствоведения, дирижёр, пианист, композитор Михаил Александрович Аркадьев.

Именитый теоретик музыки ни за что не хотел приступать к теме, пока все не пересядут вплотную к нему. Затем, выяснив, что помимо людей, хорошо разбирающихся в теории музыки (в их числе были преподаватели и студенты Красноярской академии музыки и театра), аудитория представлена химиками, физиками, медиками, юристами, – Аркадьев очень доступно, в популярной форме стал излагать вещи, которые многие собравшиеся слышали впервые. Причем не просто излагать, а подавать музыкально: легко, изящно, мастерски...

Лекция началась с исполнения фрагмента увертюры к одному из самых великих, но редко исполняемых в России произведений оперного жанра – последней опере Рихарда Вагнера «Парсифаль» (католическая мистерия). Увертюра длится 20 минут, а сама опера – около 6 часов! Современники композитора стояли часами в очереди, чтобы послушать этот шедевр. Удивительно, но и сегодня, чтобы приехать в Баварию, в Байройт и насладиться оперой, нужно занимать очередь и заказывать билеты лет за пять вперед! А чтобы послушать оперу Вагнера в Нью-Йорке, билеты надо заказывать минимум за три года. Исполнение производит на большинство слушателей магическое впечатление. Все дело в том, как это произведение устроено.

Аркадьев садится вполоборота к аудитории: левой рукой играет, а правой дирижирует. Все мы становимся свидетелями того, как звук вырастает из пустоты... Начинается великая опера с выписанной композитором паузы на первой доле такта. Если дирижер этой паузой не продирижирует так, чтобы она стала музыкой – ничего дальше не произойдет. «По сути, исполняя паузу, музыкант управляет временем, – констатирует Михаил Александрович. – Главное в том, что музыка состоит из незвучащего ничуть не меньше, чем из звучащего».
Когда за сухими теоретическими определениями стоит музыкальная иллюстрация – без особого напряжения впитываешь, усваиваешь, новый материал: вот пульсирует время в Первом концерте для фортепиано и струнного оркестра Баха, вот оно переливается и замирает в знаменитой «Лунной сонате» Бетховена. А вот звуки резко обрываются, уступив место паузам, в джазовых ритмах.

Обычно принято считать, что искусство как бы дублирует то, что происходит в реальности, в том числе и в науке. М.А. Аркадьев культивирует другую точку зрения: «Музыка сформулировала своими средствами те проблемы, к которым наука пробилась через 100, а то и через 200 лет. В частности, проблему времени, незвучащего (вакуум может быть источником материи)». Многие другие теории, в том числе и квантовая, по мнению Михаила Александровича, смоделированы композиторами. Недаром многие ученые были музыкантами: Эйнштейн – скрипачом, Макс Планк – пианистом...

«Это самое главное, что я и хотел вам рассказать», – произнес, выдержав паузу, лектор, и зал, похоже, был обескуражен: время пронеслось так быстро! Но несколько секунд спустя раздалась настоятельная просьба: «Сыграйте ещё!». И зазвучало... За потрясающим ноктюрном Шопена последовал фрагмент из патетической оратории Г.В. Свиридова «Время,
вперед!»...

МНЕНИЯ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ

– Лекция неординарная. На фоне рутины нужны такие всплески, иначе жизнь тускнеет, – высказал свое мнение преподаватель Института инженерной физики и радиоэлектроники СФУ А.Г. Сизых. – Почаще бы такое случалось! Хотя я немного поспорил с лектором по поводу того, что нельзя проводить прямые аналогии между музыкой и наукой. Музыка тоже часть материального мира, и к ней надо относиться как к материализации человеческой мысли в изящной последовательности звуков и ритмов.
– Это не лекция, а замечательное откровение, очень концентрированно показывающее бесконечную связь искусства и науки, – поделился своими ощущениями заслуженный архитектор России А.С. Демирханов. – Форма – не что иное, как пустота, а пустота – не что иное, как форма, – такую сентенцию я впервые услышал от японцев, а сегодня Михаил Аркадьев сумел это подтвердить ещё и великолепными музыкальными алгоритмами. Оказывается, пустота и есть содержание Вселенной!

Вера КИРИЧЕНКО
Фото_ Людмила ШОСТАК

ИЗ ДОСЬЕ М. АРКАДЬЕВА

«...Разработал концепцию «незвучащей» «неакустической» основы как базового элемента ритмической системы новоевропейской музыки. Ввел термины «время-энергия», «хроноартикуляционный процесс», «гравитационная ритмика» и др.
С 1988 по 1998 годы работал в тесном сотрудничестве с Г.В. Свиридовым, принимал непосредственное участие в замысле, создании, комментировании и исполнении (совместно с Дм. Хворостовским) его последнего крупного вокального сочинения – поэмы «Петербург» для голоса и фортепиано на сл. А. Блока».

ПРИХОДИТЕ!

17 апреля в актовом зале Политехнического института СФУ выступит профессор Московской консерватории, заслуженный артист России, пианист Андрей Писарев.
Музыкант является лауреатом многих всероссийских и международных конкурсов. Гастрольная карта артиста чрезвычайно широка: Австрия, Германия, Италия, Югославия, Финляндия, Швеция – далеко не полный перечень стран, где ему довелось выступать.
В СФУ талантливый пианист исполнит Первый концерт Чайковского для фортепиано с оркестром. Это произведение, написанное в 1875 году, предназначалось Чайковским для исполнения Н.Г. Рубинштейну.
Однако пианист посчитал концерт чрезмерно сложным и неудобным для исполнения. Чайковский отказался переделывать концерт. И посвятил его Г. фон Бюлову, знаменитому немецкому пианисту, ученику Ф. Листа. Бюлов исполнил концерт впервые в США, в Бостоне. В России произведение впервые исполнил С.И. Танеев.