Рассказ
Якоби Герман, ЮИ

Я выжигаю строчки из писем,
Я оставляю сердце себе

Слова обжигали его. Хороший бредил. Почему я не герой? - думал он.
«Тигр» уходил. Его башня грозно повернулась, словно окидывая взор место боя, а затем танк двинулся вперед. Окровавленное поле было выкошено. Мертвая тишина. В глубине бывших окопов русских в себя приходил боец. Сквозь пелену контузии он заметил неспешное движение немецкой громадины. Машинально откинув руку, он нащупал противотанковое ружье, откинул его – не поможет, сейчас не 42 год, и «тигр» – не немецкий Т3. Оглянулся. В окопе были только трупы, командир в неестественной позе лежал, упав лицом в грязь. Неожиданной для всех стала эта контратака немцев, но русские выстояли ценой неимоверных усилий. Доли секунды. Доли секунды на принятие решения, и он пополз, заметив брошенный фрицами Фаустпатрон.

Он целился (один шанс, один патрон, попасть, руки судорожно тряслись, в голове тяжесть). Выстрел. Попал. Попал! Машина горела. Механик, вот он выскакивает из горящего танка, догнать, мысль судорожно обгоняла движения. Слышны крики немцев, вот ещё один, эх, гусеницу только зацепило. Немецкий, противно, так в школе не любил, с парты на фронт, и тут он. Где она, где спутница солдата - граната? Подкрасться и запустить! Умереть, как герой! (Боже, как колотится сердце). Ну, вперед! За Сталина! А почему я не герой?
- Как насиловал девчонку?- следователь рычал. - Говори, скотина!.

Удар в челюсть, и Хороший сплюнул в сторону выбитые зубы, отхаркивается кровью.
- Как насиловал? Девчонке 15 лет! Ты чем думал? В 30 лет - бизнесмен, ты на уши все общественность поставишь. Что тебе от нее нужно было, Андрей Витальевич?
- Не насиловал! Я сказал, что никого не насиловал!
- Тебя, сволочь, мордой ткнуть в заявление? «Золотой мальчик!», блин,- следователь смачно плюнул, а затем убрал папку в стол.
Жутко болела голова, на улице вспухли побои. (Да, дожил,- думал Андрей)
- Уведите!

Бросили. Забрался на нары. Хотелось разобраться в себе. Последствий той ночи Андрей не помнил. Что помнить, когда работаешь всё время?
Андрей Витальевич Хороший родился в 70-х. Учеба в МГИМО, родители в органах власти – к новому тысячелетию он подошёл подающим надежды менеджером, директором одного из филиалов крупной международной компании. С женой так и не разошелся, хотя 3 год он снимал ей квартиру, и в нужный момент забирал для светских вечеров. Детей у них не было.
Мало кто знал, что у Хорошего был еще и клуб в центре города. Днем – работа, ночью только для посвященных мини-клуб с собственным театром и великолепными представлениями. На ночь он перерождался и для всех не иначе как «сэр Хорошо».
Месяц назад он познакомился с ней. Лика, представилась она. Красивые глаза, улыбка, идеальная фигура – да, она могла любого свести с ума. Единственным ее «минусом» можно было считать возраст, вряд ли ей было даже 18. Друзья предостерегали: малолетка. Раскрылся. Потерялся.

Это было месяц назад. Сейчас он сидел на холодном полу и тщетно пытался вспомнить ту ночь. Хотелось повеситься, взглянул вверх, нет, крюка не оказалось. Глаза слипались. Спать. Спать….
Он втянул ноздрями воздух. Свободы воздух. Друзья спасли, пришлось продать клуб, бизнес летел. Куда бы махнуть? - думал он. В Крым или поближе к морю. Андрей тут же оправился в агентство.
Только в Анапу,- холодно отрезала девушка.
Там дети, лагеря всякие спортивные,- про себя негодовал Хороший. Но сейчас он был согласен на все.

Через день уже в Анапе. Море мелкое, словно специально для детей,- ухмыляется Андрей.
Он вышел под вечер и отправился к морю. И тут… она. Сердце забилось.
- Лика?
- Нет, извините, я Ольга, вы ошиблись.
Про себя он подмечал: те же глаза голубые, улыбка, даже нет, такие же искорки улыбки, словно перед ним сейчас стоит та, что принесла ему столько боли.

Они гуляли до ночи. Сидели у моря, пока ей не стало холодно, затем перешли на террасу ресторану, она попросила обнять ее.
- Олечка, ты так похожа на мою…
- На твою жену?
- На мою маму.

Она улыбнулась, поцеловала его в макушку. Играла музыка, официанты носились, лишь только его сердце не испытывало больше тревоги.
- А почему я не герой? – вдруг вслух произнес он.
- Потому что ты мой герой, мой самый лучший герой.
Потому что мы герои своих историй.

И строки из писем своих
Я навек оставляю себе

Средняя оценка: 3 (проголосовало: 2)