Министр Василий НИКУЛЕНКОВ

Жизнь во дворе на улице Фруктовой идёт своим чередом: молодые мамы обмениваются новостями и присматривают за чадами, самозабвенно роющими тоннели в песочнице, автомобилисты, возвращаясь с работы, ищут свободные парковочные места, девушки выгуливают собачек и новые наряды. Только одна деталь делает это вечер не вполне обычным. Я выхожу на бульвар с диктофоном в компании давнего знакомого: аспиранта СФУ, журналиста Красноярской газеты, председателя Союза – молодёжных СМИ, а теперь и молодёжного министра иностранных дел, недавно вернувшегося с ежегодного молодёжного саммита «Большой Восьмёрки» Василия НИКУЛЕНКОВА.

– Значит, министр. Настоящий?

– Разумеется (улыбается). Я представлял кабинет иностранных дел, входил в делегацию России. Всего в нашем министерстве было девять человек, включая президента и помощника (шерпа) – ребята двадцати-двадцати пятилетнего возраста. Такая же картина наблюдалась в американской, японской, итальянской, немецкой и прочих делегациях. Необычно только, что в этот раз на саммите одновременно присутствовали и представители «Большой двадцатки».

– Честно – не терпится узнать твои впечатления от Франции. Как строилась программа пребывания? Было ли время на культурные мероприятия?

– Вообще-то, нет. Отдых не был запланирован. Работа была настолько серьёзная, что двум девушкам, намеревавшимся дополнить российскую делегацию в качестве наблюдателей, было официально отказано: поехали только те, чьей целью была непосредственно работа, кто готов был трудиться нон-стоп. Впрочем, мы свободно располагали вечерним временем, поэтому всё же успели увидеть город. А ещё – была пара неформальных встреч, позволивших делегатам познакомиться в более комфортной обстановке как с соотечественниками, так и с зарубежными коллегами. Кстати, показалось, что больше всех в таком сближении были заинтересованы представители Великобритании: им свойственна тяга к «прозрачности» людей и намерений.

– Вероятно, строгий отбор в делегацию был связан ещё и с финансовой стороной поездки.

– Конечно. Я очень благодарен ректорату СФУ, оплатившему мою поездку, и персонально специалисту Центра грантовой поддержки Екатерине АСОСКОВОЙ. Она курировала меня, оказывала информационную поддержку. Рад, что я смог вручить коллегами информационные буклеты, содержащие информацию о специальностях, направлениях деятельности вуза, отпечатанные в нашем университете – теперь о Сибирском федеральном знают далеко за пределами России. Кроме того, я признателен депутату законодательного собрания Марине ЕГОРОВОЙ, оказавшей помощь в планировании поездки: сувенирная продукция с символикой нашего города отныне есть у всех восьми министров иностранных дел российской делегации.

– Итак, коротко: ты был в Париже шесть дней…

– …и в течение трех дней шли переговоры. За месяц до саммита - в начале мая - была разработана повестка каждого дня. Как раз тогда, когда члены нашей делегации проходили подготовку в МИДе РФ.

– Если это не дипломатический секрет: в чём состояла подготовка? В очерчивании границ того, о чём вы можете говорить в Париже?

– Не совсем так. Поскольку нам предстояло работать по вопросам всестороннего кризиса в ряде стран Ближнего Востока и Северной Африки (текущий вооружённый конфликт в Ливии, постконфликтная ситуация в Египте и Тунисе, проблема пиратства в Сомали и т.п.), необходимо было для начала понять, что уже делается Российской Федерацией в качестве мер урегулирования. Все эти схемы дипломатических ходов вовсе не очевидны для обывателя. И нам просто указали на них, сформировав целостное представление о работе МИД России на данный момент.

– По какому принципу отбирались участники национальной делегации?

– Отбор осуществляли представители Лиги молодёжной дипломатии (штаб-квартира в Санкт-Петербурге), министерство финансов РФ. Проведение конкурса и подготовка делегаций к участию поддержаны Администрацией Президента Российской Федерации, Министерством иностранных дел, Министерством финансов, Министерством экономического развития, Министерством науки и образования, Российским союзом промышленников и предпринимателей, а также Государственной Думой и Советом Федерации ФС РФ.

С министрами обороны и развития

С министрами обороны и развития

Я, как участник, должен был составить своё резюме и написать эссе на английском языке. Могу сказать, это было чертовски сложно: особенно, написать десять страниц собственной биографии с мельчайшими подробностями. Я сделал два эссе. Первое – на тему возможных сценариев развития Курильского конфликта между РФ и Японией.

– Сколько вероятных?

– На мой взгляд, пять. Возможно, отдадут один остров гряды или даже два. Это приведёт к потере авторитета России, разыграются территориальные аппетиты Германии (Калининград), Украины, Прибалтики. А может, Япония согласится арендовать наши дальневосточные территории (что-то вроде проекта «Гонконг» в случае с англичанами) и, по восточной традиции, возьмёт желаемое постепенно, дожидаясь, пока Россия сама исчезнет с карты мира в своём нынешнем виде. Одно могу сказать точно – без участия Китая и Кореи эта ситуация не разрешится.

– А второе эссе?

– Посвящено насилию в молодёжной среде. Кроме того, мне удалось срежиссировать и снять ролик, объясняющий, почему я намерен участвовать в работе саммита. Я изначально претендовал на пост министра иностранных дел, а вот для того, чтобы стать министром обороны, например, нужно было выбрать другую тему эссе.

– И вот у вас, участников саммита, сложилась некая игровая модель министерств – госструктуры в миниатюре…

– Ничего подобного! Я вначале тоже думал, что это игровая ситуация «примеривания» взрослых ролей. Оказалось, всё пугающе и вдохновляющее реально. Результатом трёхдневных переговоров стало коммюнике, которое передали в администрацию президента Франции, страны, в настоящее время председательствующей в «восьмерке» и «двадцатке». Понимаете, мое согласие на утверждение там тоже есть – это большая ответственность.

Вторым логическим шагом должна стать передача коммюнике президентам стран «восьмёрки». То есть, это абсолютно реальный легитимный документ рекомендательного характера. Кстати, резолюции ООН тоже имеют рекомендательный статус. Что касается статуса – Лига молодёжной дипломатии – некоммерческая организация, напрямую работает с МИД РФ, а отчёт по саммиту нам предстоит держать перед Аркадием ДВОРКОВИЧЕМ, помощником президента РФ. Так что, какие уж тут игры…

– Какие ощущения ты испытал от обретённой власти? Пусть даже это власть одного из представителей делегации.

– Хороший вопрос. Мы уже выяснили, что это была не «игра в политику», а политика, как она есть. Ощущения? Жутковатые. Потому что я давал своё согласие на утверждение каждой строчки коммюнике. Мозг взрывался от продумывания всех ходов – политическая софистика позволяет порой одно и то же положение, фразу, слово истолковать несколькими способами. Иногда это меняет смысл документа на сто восемьдесят градусов. Что, если коммюнике будет использоваться не во благо?

– На саммите собралась молодёжная элита ведущих стран мира. Насколько легко тебе было общаться, сотрудничать в этой среде?

– Комплекса провинциала точно не было. Хотя, сибирское происхождение – по-прежнему экзотика не только для европейцев, но и для москвичей с петербуржцами. Однако, по-настоящему талантливые, творчески полноценные и самореализовавшиеся в свои с небольшим двадцать лет ребята отличаются дружелюбным характером и тёплой простотой общения. Таков, например, мой лучший друг на Саммите – председатель молодёжного правительства Ленинградской области Егор РАВИН. Я сотрудничаю с представителями молодёжных СМИ всех регионов Сибирского федерального округа, где имеет свое влияние Союз молодежных СМИ, в моей книге контактов около полутора тысяч действительно верных друзей в Сибири, молодых журналистов, историков, политологов, юристов. Это лучшая и надежная для меня команда. Главное – что ты представляешь собой. Характер, воля, образование, упорство. Происхождение не принципиально.

– С обязательной программой мы разобрались. Поговорим теперь о Париже?

– Город-символ, прекрасный, но… страшно ездить в метро иногда. Вооружённые выходцы из бывших французских колоний собираются группами и ведут себя неадекватно. Кажется, парижане сдали им город без боя.

Что ещё? НЕ Эйфелева башня. Она чересчур навязчиво преподносится массовой культурой. Для меня знаковые памятники Парижа – это Площадь звезды, триумфальная арка, мимо которой проезжали когда-то русские казаки-победители, могила Наполеона. Дух Парижа – это настроение, пойманное в «Амели» с Одри Тоту в главной роли. Монмартр, яркие краски, забавные человеческие типажи. Мне близок Париж Виктора Гюго. Нарочно высматривал возле собора Нотр-Дам цыган и тут же оказался лицом к лицу с «Эсмеральдой» – очарование от её присутствия разрушила цель, с которой девушка подошла. Деньги на какие-то мифические благие цели. Хотя, наверное, как раз в этом моменте мало удивительного.

Мне запомнилась многоцветная аллея национальных флагов, организованная университетом ESCP (Париж) , на базе которого проходили совещания. Было интересно наблюдать, как каждая делегация осознанно или интуитивно группировалась возле своего флага. Фотографировались рядом. Особенно отличились делегаты Германии: все, как на подбор, «арийского» типа внешности с трепетом целовали своё знамя.

– Что будет дальше? Какой будет твоя карьера через год? Чем планируешь заниматься, помимо уже существующих проектов?

– Обязательно завершу обучение в аспирантуре СФУ под руководством д.и.н., профессора М.Д. Северьянова.

Следующим летом приму участие в следующем саммите, но уже в качестве, надеюсь, одного из соорганизаторов. Буду помогать молодым министрам в их профессиональном становлении так же, как в этом году помогали мне. Вообще, очень импонирует вот эта идея помощи, идейной поддержки, менеджерского сопровождения. Полагаю, моя дальнейшая карьера будет строиться, в том числе вокруг поиска новых интересных авторов, пишущих для СМИ, поддержки студентов, желающих участвовать в международных конкурсах и конференциях.

– Небольшой итоговый опрос, не возражаешь? Твой любимый фильм?

– «Амели», несложно догадаться.

– Если музыка, то…?

– Авторская песня или шансон.

– Книга?

– «Красное и чёрное» Стендаля.

– Любимый герой, героиня?

– Эсмеральда из «Собора Парижской Богоматери», например. Я не зря сегодня вспоминал об этом персонаже. Это идея красоты, которая ушла из мира во всём своём блеске и обрела бессмертие. Идея любви – сильной, правящей человеком, нерассуждающей. Эсмеральда никогда не состарится. Не погрязнет в бытовых мелочах. Смерть убила её и одновременно сделала произведением искусства. Легендой. Мечтой. Романтично? Почему бы и нет.

Татьяна МОРДВИНОВА
Средняя оценка: 4.7 (проголосовало: 34)