Неправда, друг не умирает,
Лишь рядом быть перестает...

2 апреля профессору, доктору технических наук Павлу Михайловичу ШУРЫГИНУ исполнилось бы 90 лет. Но 12 июля 2004 г. на 82-м году жизни его не стало.

«Он был учеником выдающегося представителя уральской школы высокотемпературной физической химии Олега Алексеевича ЕСИНА. Вся научная и педагогическая деятельность П.М. Шурыгина в Красноярске была пронизана лучшими традициями уральской научной школы: доброжелательностью и уважением к своим ученикам и сотрудникам и, вместе с тем, высокой требовательностью и научной бескомпромиссностью.

Созидательная деятельность Павла Михайловича на красноярской земле увенчалась созданием двух кафедр. Первая — кафедра технологии специальных материалов электронной техники (полупроводники и чистые металлы) в Красноярском институте цветных металлов. Вторая — кафедра физической химии в Красноярском госуниверситете. Обе они в короткое время стали центрами физикохимии в Красноярском крае.

Внутренне ощущение неразрывной связи с УПИ, с кафедрой теории металлургических процессов никогда не покидало Павла Михайловича. Творческую атмосферу, созданную Есиным, где сам Павел Михайлович сложился как учёный, Шурыгин успешно культивировал на созданных им кафедрах в Красноярске. Среди выпускников этих кафедр — десять докторов и более сорока кандидатов наук...»

В эти строки, написанные одним из учеников П.М. Шурыгина, В.П. ЖЕРЕБОМ (доктором химических наук, профессором, зав. кафедрой металловедения и термической обработки металлов имени В.С. БИРОНТА, СФУ), вместилось 40 лет жизни Павла Михайловича на Сибирской земле.

Расскажем же о нём чуть более подробно.

Начало пути

Родился 2 апреля 1923 года в г. Оренбурге. У семьи был свой дом, но, по мере исчезновения средств к существованию, большой дом продавался, приобретался меньший и таким путём семья пришла к жизни в бараке.

Мать, Мария Игнатьевна ВЛАДИМИРСКАЯ, была школьным педагогом. Отец, Михаил Дмитриевич ШУРЫГИН, плотник, кузнец. Подковывал лошадей. Лошадей приводили вместе с жеребятами, и у Павла Михайловича на всю жизнь осталась к ним детская любовь. Однажды ему была подарена крошечная глиняная фигурка конька-горбунка. С нескрываемым восторгом он водрузил её на свой письменный стол.

Отец погиб 7 октября 1943 года под Ленинградом.

Как формируется человек, чем определяется его образованность, эстетический вкус? Со слов самого Павла Михайловича, в детстве на него оказало большое влияние радиовещание, как бы анахронично в наше время это ни звучало. Регулярное радиовещание началось в России 23 ноября 1924 года, когда в эфир был передан первый номер радиогазеты. Радио знакомило с лучшими литературными, сценическими, классическими музыкальными произведениями. В золотой фонд советского радио вошли записи художественного чтения, радиоспектакли таких театров, как вахтанговский, МХАТ и др. В передачах участвовали известные писатели, поэты.

Конечно, восприятие всего этого богатства во многом зависит от индивидуальных способностей, воображения слушателя. И не отсюда ли живописные способности юного Шурыгина. Сохранилось, правда, всего три его ранних акварели и рисунок, которые сберегла его мать, - как и более сотни фронтовых писем. А после войны он, похоже, к рисованию уже не возвращался.

Военные годы

С отличием Павел окончил среднюю школу на ст. Кувандык, Чкаловской области. Выпускной вечер состоялся 21 июня 1941 года. По старой традиции вчерашние школьники ушли гулять в Уральские горы. Вернулись 22 июня, когда выступал Молотов. Не заходя домой, в выпускных костюмах, всем классом пошли в военкомат. Но выяснилось, что в армию берут с 19 лет, а ребятам только по 18. Военкома, который знал их с детства, не обмануть, и парни уехали в Оренбург. Но и там, несмотря на попытку приписать себе год, их тогда не мобилизовали.

В годы Великой Отечественной войны в Кувандык были эвакуированы промышленные предприятия. В том числе начал работать переведённый из Киева штамповочный завод № 10, на базе которого выпускалась военная продукция — гранаты, противопехотные мины. Весь период до призыва в армию Шурыгин работал на этом заводе. Занимался очисткой, подготовкой листов металла, используемых для изготовления корпусов гранат. Большие листы металла опускались в ванну с кислотой. Работа была более чем не из легких. Голод уже вовсю давал о себе знать. При росте 176 см он весил около 60 кг. Голод... Взрослых мужчин на предприятии практически не было, только женщины, молодёжь.

В июле 1942 Шурыгин был мобилизован, а в октябре 1945 года как имеющий ранения демобилизован. О его фронтовом пути надо говорить отдельно. Здесь — речь о другом. Рефреном через все военные годы у Шурыгина проходит мысль об учёбе. Об этом можно судить по отрывкам из фронтовых писем, адресованных матери и брату Петру Шурыгину.

07.10.43. Дорогой мой Петя! Я от скуки иногда занимаюсь тем, что вспоминаю математику. Многое я уже, оказывается, забыл, но главное всё же осталось ещё в моей голове. Особенно быстро дезертирует из моей головы химия. Но я особенно о ней не горюю — надо будет — поймаю...

08.04.45. Очень рад, что вы с Петей думаете о раннем конце войны. Пока это все лишь надежды и мечты. В таком случае и я могу помечтать начать занятия с нового учебного года в стенах Берлинского университета... А как далеки эти мечты от реальности, ты знаешь сама...

12.05.45. Первое письмо шлю тебе после войны. Живём мирно. Почти три года провёл я на фронте. Общий итог для меня этой войны: потеряно четыре года желанной учёбы. Два раза покалечен... Заработал награды: орден «Красной звезды», медаль «За отвагу»...

06.1945 г. Ты пишешь, что война для меня — «Горьковский университет». Это, пожалуй, так, но он никогда не заменит мне настоящего. Время бежит. Чем дальше от 41 года, тем меньше в голове остаётся школьных премудростей, тем труднее будет всё вспоминать, тем меньше шансов на учёбу. Во время войны в госпитале я «приобрёл» себе ещё специальность на месячных курсах – счетовод колхоза, на эту должность, вероятно, и придётся перекочевать. Так я думаю в плохом расположении духа, а в хорошем и среднем никогда не теряю надежды продолжать учёбу, чего бы это ни стоило, хоть в 30 лет, но в ВУЗ поступить. ...

Я за последнее время взялся за интегралы. В одном городе (в Германии) обнаружили книги, вывезенные из Киева по военной теории и тактике, научную литературу по математике, химии, биологии и т.д. Я воспользовался случаем и запасся высшей математикой...

Свердловский период

Каким образом уже в ноябре 1945 года Шурыгин оказался зачисленным на первый курс металлургического факультета Уральского индустриального института имени С.М. Кирова?

Едва демобилизовавшись, лишь проездом повидав мать, он отправился в Свердловск. Пришёл на приём к директору института на предмет учёбы и получил ответ, что вступительные экзамены уже закончены. Но у Шурыгина был аттестат отличника, следовательно, в институт экзамены он не должен сдавать. В это время в кабинет директора вошёл декан металлургического факультета, что и определило дальнейшую судьбу Шурыгина. Он согласился взять настырного фронтовика. Первый учебный год был завершён практически на «отлично» по всем дисциплинам.

Студенческие годы прошли, как и у многих студентов того времени. Общежитие с комнатой на 10-12 человек, библиотека, субботники-воскресники. Шурыгин был среди тех студентов, кто на фронтоне здания меняли название института. С 20 февраля 1948 года он стал именоваться Уральский политехнический институт.

После института Шурыгин был оставлен в аспирантуре на кафедре теории металлургических процессов. В январе 1953 года ему присуждается учёная степень кандидата технических наук. 4 мая 1964 года защитил докторскую диссертацию, а в ноябре 1967 года утверждён в учёном звании профессора. Тема диссертации – «Особенности взаимодействия жидких металлов и шлаков в условиях регулируемой конвекции». В работе при исследовании электролиза и электронных свойств расплавленных шлаков требовалось золото. Где взять? В первую очередь было использовано обручальное кольцо жены, а потом неоднократно покупал эти кольца в ювелирном магазине, чем вызывал определённое негодование девушек-продавщиц.

Сегодня на сайте УрФУ имени первого Президента России Б.Н. Ельцина можно найти кое-что из истории становления уральской школы высокотемпературной физикохимии: «Первое послевоенное десятилетие можно назвать периодом расцвета факультетской науки. Группа учёных во главе с профессором О.А. Есиным (П.В. Гельд, С.И. Попель, Ю.П. Никитин, П.М. Шурыгин, И.Т. Срывалин, Г.А. Топорищев и другие), работая над одной из важнейших проблем взаимодействия между шлаком и металлом, не только создала оригинальную теорию, но и выявила пути её практического применения в промышленности»...

Красноярск: институт

В Красноярске Павел Михайлович оказался, как говорится, по семейным обстоятельствам в 1964 году. К этому времени в Красноярск из Москвы был переведён Институт цветных металлов и золота, где и начался красноярский период жизни учёного.

Вспоминает студентка гр. МП-65-1, ныне к.х.н., доцент СФУ О.Н. УСТАЛОВА: «Кафедра технологии специальных материалов электронной техники (полупроводники и чистые металлы), в просторечии – кафедра полупроводников, возникла в 1968 году. Вновь созданная кафедра получила место для развития – двухэтажную пристройку к библиотечному корпусу и руководителя. Им стал доктор технических наук Павел Михайлович Шурыгин. Всего у кафедры состоялось пять выпусков».

Первый набор студентов состоял более чем на две трети из медалистов. Шурыгин сам приходил на вступительные экзамены, чтобы выбрать лучших абитуриентов. Дух научного поиска пронизывал жизнь кафедры. В прямом и переносном смысле слова студенты жили на кафедре (процесс выращивания монокристаллов, твердофазный синтез, исследования с короткоживущими изотопами – всё это длительные, непрерывные процессы). А если удавалось пару часов вздремнуть, то это делалось в кабинете Шурыгина, куда он из дома привёз пару больших мягких кресел.

На кафедру потянулись молодые специалисты заводов города, выпускники центральных вузов страны. Появились аспиранты, и уже через год кафедра жила полнокровной жизнью, готовя специалистов для электронной отрасли и для высшей школы. Была создана изотопная лаборатория, позволившая вести исследования с применением открытых радиоактивных изотопов.

Дипломные работы выпускников кафедры, в основном, были исследовательскими. Несмотря на то, что производство полупроводниковых материалов на сибирской земле не состоялось, подготовка специалистов для новой технологии способствовала росту научного и педагогического потенциала вуза. Выпускники и сотрудники кафедры защитили докторские диссертации - В.М. Денисов, В.П.Жереб, В.В. Иванов, Ю.Ф.Каргин, В.А.Кутвицкий, В.В.Леонов, Ю.Г.Михалев, А.М.Орлов, А.Ф.Шиманский. Кандидатами наук стали и многие из них и по настоящее время работают в СФУ: В.А.Гаврилов, Э.М. Гильдебрандт, А.Е Машукова, Л.И.Серебрякова, Ю.Е. Спектор, С.М. Тинькова, О.Н.Усталова, В.Ю. Таскин, а также в других вузах и организациях: В.П.Бузовкин, А.К. Гантимуров, В.И. Грузенкин, В.Ю.Ендржеевская, Л.А.Жереб, В.Ф. Каргин, А.В.Косов, Е.Н.Осокин, О.И.Подкопаев, И.В.Чернаков, Н.В. Фирюлина, Е.Н. Шадеева и др. К сожалению, среди них нет безвременно ушедших замечательных людей, ученых А.Л. Марбаха, Г.И. Баринова. Все годы существования кафедры её душой был Павел Михайлович Шурыгин. Его лекции по физической химии слушали с таким интересом, словно это была история родной земли или увлекательные и известнейшие литературные произведения.

Вот как вспоминает о его лекциях проф. Э.М. Гильдебрандт: «Молодой профессор с несколько лукавым взглядом строил лекции так, что в них была интрига. Казалось, что ещё чуть-чуть, и откроется что-то неизведанное, свершится открытие. Его эрудиция, уместные отступления, постоянное осмысление, приведение необычных примеров давали возможность понять сложнейшие вещи». Красноярские студенты не знали, что ещё в УПИ на первую лекцию начинающего педагога Шурыгина пришла вся его кафедра теории металлургических процессов. Последовавший вердикт старших коллег — читать будет.

Особым стал первый выпуск кафедры — со студентами МП-65-1 заведующего связывала тесная дружба. Для многих он стал руководителем научных работ и наставником на долгие годы. Секретарь учёного совета ИЦМиМ, к.х.н. С.М. ТИНЬКОВА отмечает феномен этой группы: в полном составе, т.е. 31 человек окончили институт в 1970 году. Это единственный прецедент в институте, когда не был потерян ни один студент, 9 из них закончили вуз с «красными дипломами», 11 в дальнейшем получили научные степени и звания. Большинство из них работают в СФУ и студенты их прекрасно знают.

Выпускники кафедры работают и занимают ответственные должности также на предприятиях цветной металлургии, полупроводниковой промышленности, в администрациях городского и краевого уровня.

Вспоминает Л.Ф. Петренко (Судленкова), ведущий инженер кафедры шахтного и подземного строительства СФУ, перед этим 20 лет отработавшая в Средней Азии по линии министерства обороны: «Павел Михайлович был целеустремленным, дальновидным аналитиком, правдивым человеком с горячим отзывчивым сердцем. Помню интервью с ним, в котором на вопрос о том, когда мы будем стоять наравне с развитыми странами, Павел Михайлович ответил: «Никогда западные страны нам этого не позволят. Но мы сами будем стремиться к этому. У нас нет другого выхода».

Вспоминает ведущий технолог лаборатории магнитодинамики Института физики им. Л.В. Киренского СО РАН Т.Н. ИСАЕВА: «Павел Михайлович передавал нам не только знания предметов, но и отношение к излагаемому, ко всему происходящему вокруг. Сегодня это, кажется, называется — основываться на внутренних духовных ценностях. Его вежливость, уважение к собеседнику, неподдельный интерес, участие не улетучивались во время приёма экзаменов, каков бы ни был уровень знаний у студента».

Здесь уместно вспомнить рассказ одной из выпускниц кафедры Т.Н. Рогозиной (Темеровой): у неё на защите дипломной работы вышла заминка. Шурыгин одним вопросом сумел так направить её рассказ, что блестящая защита завершилась оценкой «отлично».

Продолжает воспоминания Т.Н. Исаева: «Однажды, придя на лекцию, Павел Михайлович начал не с законов природы, а с законов человеческого общества. Перед этим он был на совещании руководителей, где обсуждался вопрос о неэтичном поведении одного из преподавателей вуза. Как бы продолжая спор, Шурыгин задал нашей аудитории вопрос: «Можно ли считать человека, получившего высшее образование, интеллигентом, а, точнее, становится ли человек автоматически интеллигентом, закончив институт?». Тогда для меня был само собой разумеющимся ответ «да». Бурная дискуссия, длившаяся в группе минут двадцать, заронила сомнение в моей правоте. Это сегодня, без всякого сомнения, я полностью согласна с определением моего любимого писателя Фазиля ИСКАНДЕРА: «Настоящий интеллигент - это человек, для которого духовные ценности обладают материальной убедительностью, а материальные ценности достаточно призрачны. Всё остальное — образованщина». Таким и был мой, наш Учитель Павел Михайлович Шурыгин».

Красноярск: университет

О новой странице в своей жизни П.М.Шурыгин пишет дочери: «Теперь я заведующий кафедрой физической химии Красноярского государственного университета. Пишу всё так официально-торжественно, потому что ради этого переходил из цветных металлов, потому что таких титулов три десятка в стране и считанное число в мире. На этом боевом посту можно и умереть…».

Это был1974 год.

Когда спустя много лет, создав прекрасную кафедру, Павел Михайлович добился, чтобы вместо него её возглавил один из лучших его учеников — Сергей БАХВАЛОВ, а сам собрался уходить, Сергей Григорьевич не отпустил: «Нет, Вы умрёте на лекции!». Увы, учитель пережил своего ученика.

Чтобы не заканчивать эти заметки на столь грустной ноте, позволю себе ещё несколько штрихов к портрету своего учителя, коллеги и друга. Он любил творчество Пушкина, восхищался его мудростью и проницательностью. Фотография «Мыслителя» О. РОДЕНА всегда стояла на его книжной полке. Любил шахматы, большой теннис. Однажды в парной игре в теннис его партнёром был молодой человек, а их противниками — две молодые особы, игравшие, к сожалению, гораздо хуже. Но по иронии судьбы каким-то образом выиграли девушки. Потрясению и изумлению Павла Михайловича не было предела, и даже через несколько лет он вспоминал об этом с удивлением и непониманием. А какое возмущение он испытывал, когда в шахматы проигрывал... компьютеру. Возмущался не тем, что проиграл, а тем, как равнодушно принимает победу его «противник».

В.Ю. Ендржеевская-Шурыгина, доц., к.х.н.,
Красноярский институт водного транспорта (филиала НГАВТ)

P.S. В майском номере мы планируем опубликовать фронтовые письма П.М. Шурыгина.

Средняя оценка: 4.4 (проголосовало: 21)