5 вопросов ректору СФУ


1. Максим Валерьевич, вы специалист в креативных индустриях и переводе различных культурных, исторических данных в цифровой формат. В этом смысле дистанционная работа в 2020 году и приход в нашу жизнь цифровых технологий для вас, наверное, не стали таким потрясением, как для многих других. И тем не менее: к чему привыкнуть и что освоить оказалось непросто? Какие сервисы вы открыли для себя?

— Действительно, переход некоторых цифровых практик в сферу педагогики у меня никаких затруднений не вызвал. Тем не менее даже мне, несмотря на то что «цифра» — это область моего научного интереса, пришлось перестраиваться и изучать новые технические решения, которые используются в учебном процессе помимо уже известных, таких как moodle и программы для телеконференций, виртуальные доски или программы для совместного проектирования. К тому же пришлось более интенсивно всё это использовать. То, что раньше было выстроено в виде очных занятий, когда студенты приносили свои работы и мы вместе их обсуждали, сейчас пришлось перевести в другой формат. И это осложнило процесс обучения: количество итераций обсуждения и доработки учебных заданий увеличилось. Со временем, конечно, мы смогли подобрать оптимальные варианты учебных коммуникаций.

А если говорить о том, к чему мы с трудом привыкаем, то, конечно, это утрата личного контакта студента с преподавателем. Все об этом говорят. Всё же дистанционное обучение не даёт того, что обычно возникает между студентом и педагогом, — атмосферы сотрудничества и наставничества.

При этом, конечно, такое обучение технологично. Оно для тех, кто хочет чему-то научиться. Потому что дистанционное обучение требует дисциплинированности, внимания к процессу обучения, и не всем, конечно, это удаётся. Только тем пытливым, которые точно знают, зачем им это нужно.

Ещё дистанционное обучение требует переосмысления педагогических основ — набора практик, которыми владеет педагог. Нужно проинвентаризировать все возможные форматы и собрать для себя оптимальную конструкцию. Например, я проводил занятие, одновременно используя видео-конференц-связь, сервисы Google и messenger Whatsapp, которые никогда как элемент
обучения раньше не использовал. А некоторые платформы просто перепрофилировал в соответствии с учебной программой.

2. У вас было ощущение, что событийно 2020-й год был беден? Что бы вы всё-таки выделили как незабываемое событие?

— Нет, у меня не было ощущения, что двадцатый год — это год паузы или тишины. Действительно, многие мероприятия пришлось отложить или вовсе отменить. Но красивые события всё же были. Мы провели Большой лекторий (хоть и в зум-формате), частично проводили мероприятия, связанные с молодёжной политикой. Должен заметить, что, несмотря на дистанционный формат, у меня нет свободной минуты. Весь день связан с решением текущих задач университета и вопросами развития.

Из важнейших событий отмечу введение в эксплуатацию новой инженерной площадки — высокотехнологичного корпуса Политехнического института и открытие нового корпуса Института гастрономии.

3. Что стало для СФУ главным результатом 2020 года?

— Главная опасность режима «ожидания» — это уход в хроническое «подумаю об этом завтра». Вроде сейчас это сделать нельзя, надо немного подождать, когда ситуация улучшится и можно будет вернуться к привычной жизни, потом ещё подождать… И так до бесконечности откладывать точку принятия решений. А есть задачи, которые нельзя сворачивать. Например, задачи трансформации или развития. Как заниматься вопросами развития, когда о развитии даже речи нет, и хорошее административное управление заключается в удержании ситуации? Для меня это самый болезненный вопрос. Как, например, в отсутствие активности эту активность инициировать и пытаться её разворачивать?

Никто не знает, когда наступят благоприятные времена. Откладывать вопросы развития — значит стоять на месте. А время заставляет двигаться. Но для того, чтобы по какому-то направлению развиваться, нужно сначала провести аудит, сделать инвентаризацию того, что есть. Потом с экспертами провести стратегическую сессию, на основе её выработать проекты и уже их реализовывать. А как это сделать, когда нет возможности творческого проектирования, когда мы не можем собраться на стратегическую сессию? Тогда нужно пересмотреть политику, связанную с управлением. Не отменить развитие, а искать механизмы.

Главное событие этого непростого года — то, что нам удалось не ставить на паузу процессы, связанные с движением вперёд. Мы работаем над программой развития, мы думаем о том, как войти в Программу стратегического академического лидерства и т.д. Мы отказались от режима «ожидания». Это главный результат.

4. Недавно состоялся Совет по развитию СФУ, решения которого для университета всегда важны, поскольку задают стратегическую цель. Какие цели поставлены сейчас?

— У нас как минимум три стратегические цели, которые определяют вектор движения университета.

Во-первых, это участие СФУ в Программе стратегического академического лидерства.

Особенность программы заключается в том, что участником должен стать не один университет (как это было в Проекте 5-100), а консорциум, в который входят другие научно-образовательные центры и индустриальные партнёры. Старт будет скоро объявлен.

Во-вторых, это запуск научно-образовательного центра мирового уровня, который у нас уже есть. Все формальные вопросы согласованы и решены, осталось наполнить его конкретными проектами, увязанными по срокам и ресурсам. Это самый сложный этап.

Ну и третья задача заключается в формировании и развитии регионального консорциума. СФУ всегда отличало то, что мы себя ощущали ответственными носителями государственной политики в Красноярском крае. И эту функцию сейчас уже никто, кроме нас, не сможет выполнять на том уровне, который мы себе когда-то задали. Постепенно, по мере наращивания своего авторитета, Сибирский федеральный университет взял на себя функции координации научно-производственной кооперации университетов, академических институтов и промышленных компаний. Накопленные университетом компетенции и опыт в различных направлениях могут быть конвертированы в аналитическую поддержку процессов планирования научно-технологического и социально-экономического развития не только Красноярского края, но и соседних регионов — Хакасии, Тывы, Иркутской области. СФУ выполняет функцию ядра, вокруг которого формируются объединения, альянсы, союзы для участия в различных проектах и сетевых программах. Мы по факту уже являемся мегавузом, теперь нужно это институализировать.

5. В этом году СФУ исполнилось уже 14 лет. На баннерах кампуса появился новый слоган «Больше чем университет». А в чём мы больше?

— Во фразе «Больше чем университет» содержится много смыслов. При панорамном взгляде на университет это означает, что мы решаем задачи не только свои, но и задачи государства, и наших партнёров, среди которых есть глобальные игроки. И задачи эти не ограничиваются подготовкой кадров или технологий — того, чем традиционно занимались университеты. Теперь мы включаемся в политики управления, потребления, восполнения, качества. Больше чем университет — это гигантская безграничная платформа, где принимаются судьбоносные для региона решения, рождаются смелые идеи и воплощаются проекты, которые реально могут что-то изменить к лучшему.

Если говорить об обществе, то СФУ — это университет, который решает вопросы социально-культурного развития города и Красноярского края. Это то, что принято называть «третьей миссией университетов»: вопросы культурного просвещения, здорового образа жизни и спорта, общественных инициатив.

Если говорить просто о людях — студентах, преподавателях, родителях, то СФУ — это университет, который может дать им больше, чем просто диплом. А именно возможности стать счастливым человеком. Я имею в виду не только прекрасные бытовые условия, которые есть в нашем кампусе, но и готовность всех наших структур активно включаться в реализацию любых студенческих инициатив.

Соб. инф.