Последнее письмо офицера

В письмах, которые он писал жене из последней служебной командировки, вместо реального обратного адреса — номер почтового ящика, Узбекская ССР. Ни на одном из конвертов нет даты, ни разу в письмах не промелькнуло слово Афганистан и никакого намёка на военные действия. Всё хорошо, два месяца, и они встретятся. Почерк уверенный, ровный, красивый. Иногда приходили письма, написанные не его рукой. Это означало, что сам он находится на точке, где нет связи, и может только по рации надиктовать послание сослуживцу, а тот записывает и отправляет.

Капитан КГБ Александр Петрович ГРИБОЛЕВ, находившийся в Афганистане в составе отряда специального назначения «Каскад-3» группы «Север-1», погиб 21 октября 1981 года, подорвавшись на мине при исполнении интернационального долга. Ему было 29 лет. Посмертно офицер награждён орденом Красной Звезды. Похоронен на Аллее Славы кладбища «Бадалык».

15 февраля 2021 г. мемориальная доска установлена на фасаде здания СФУ по адресу пр. им. газеты «Красноярский рабочий», 95: Александр Петрович — выпускник Красноярского института цветных металлов (1974 г.), окончил механико-технологический факультет по специальности «Обработка металлов давлением».

Грёзы о военной авиации

Ирина Михайловна ГРИБОЛЕВА хранит все открытки и письма мужа. Признаётся, что перечитывает не часто, духу не хватает, до сих пор больно. На видном месте в гостиной — фотокопия портрета, написанного художником Игорем БАШМАКОВЫМ. Собирательный образ: на первом плане вечно молодой, улыбающийся офицер, на втором — он у иллюминатора самолёта. Сбоку — образ из детства: парнишка со своей звенящей мечтой о небе. Вдали истребитель, военный вертолёт, БТР, горы.

Ирина с Александром вместе учились в 40-й школе (сейчас лицей №11 на ул. Вавилова), потом в Цветмете, на 5 курсе поженились.

— Помню, как мы с ним с уроков сбегали. Родители на собрании смотрят классный журнал, а там прогул — не было Гриболева и Зыковой. Ага, значит, вместе ушли в кино. Я с первого класса занималась танцами, он ходил в музыкальную школу по классу баяна. В старших классах у нас организовали школу бального танца, и сразу же Саша выбрал меня в партнёрши. Но танцор из него был, мягко говоря, никакой. Его больше интересовало другое: посещал секцию парашютного спорта, на лыжах ходил, стрельбой занимался. Сохранилось школьное фото, где он парашют собирает. Ещё любил возиться с машиной (у его отца был «Москвич»). Я знала, что Саша из семьи военного, но он никогда не рассказывал о заслугах Петра Филипповича, а узнала я о наградах ветерана случайно, когда мы заполняли в анкетах сведения о родителях.

Александр Гриболев родился в 1952 году в военном городке Бердичев на Украине, где служил его отец, боевой офицер-танкист, совершивший подвиг во время Великой Отечественной войны.

Именем Героя Советского Союза Петра Филипповича ГРИБОЛЕВА названа одна из улиц Красноярска в микрорайоне Солнечный.

Неудивительно, что Саша с детства мечтал стать военным. Но не танкистом, а лётчиком.

После школы Александр поехал поступать в высшее военное лётное училище в Казани, но медицинская комиссия признала его непригодным по состоянию здоровья (с возрастом должна была развиться дальнозоркость). Ирина Михайловна бережно достаёт с полки миниатюрную модель — точную копию реактивного истребителя.

— У Саши была большая коллекция таких моделей, он их тщательно собирал, склеивал; пропеллеры и колёсики — всё крутилось (заготовки даже из ГДР ему привозили). Каждую модель аккуратно от пыли протирал, мне не доверял. Почти 40 лет прошло... После гибели мужа я часть коллекции отдала близким друзьям (просили на память).

Когда не получилось в Казани пройти медкомиссию, Саша вернулся домой и, как многие ребята из нашего дружного класса, поступил в Институт цветных металлов. Дело в том, что школа находилась рядом с этим институтом, и вузовские преподаватели вели у нас некоторые школьные предметы.

Семейные ценности

Мама Александра Петровича — Галина Васильевна — работала в Цветмете на заочном отделении методистом. А отец, когда комиссовали в конце 50-х, вернулся в Красноярск и 16 лет работал заместителем директора шёлкового комбината.

— Квартира у них была в Кировском районе, в доме на Вавилова, 58 (там сейчас мемориальная доска), — продолжает Ирина Михайловна. — В семье Гриболевых ценили книги. Когда дарили сыну очередной экземпляр, на форзаце обязательно красовалась надпись-напутствие, что-то вроде: сынок, будь похожим на таких героев. И Саша любил книги, особенно про спортсменов, военных, про авиацию.

Отец служил и примером бережного, трепетного отношения к матери. Саша маму боготворил. Чтобы облегчить ей труд на кухне, ещё студентами на стипендию и заработанные в стройотряде деньги мы подарили Галине Васильевне электрическую мясорубку; так у них было принято: «для женщины — всё самое лучшее». Саша и ко мне так же относился.

В начале пути

Александр закончил в институте военную кафедру, имел звание лейтенанта. В архивах ФСБ сохранилась комсомольская характеристика на студента А.П. Гриболева, где сказано, что Александр был старостой группы, комиссаром строительного отряда «Романтика», учился на «хорошо» и «отлично», обладал организаторскими способностями, трудолюбием. Само собой — «политически грамотен», «морально устойчив».

— После вуза я ему говорила: может, послужишь лейтенантом, раз так любишь военное дело, — делится Ирина Михайловна. — А он отвечал: послужил бы, если бы Политехнический закончил (там была танковая военная кафедра, а в Цветмете артиллеристов готовили). После вуза мужу предложили поступить в аспирантуру, но он не хотел идти в науку. Поехали мы в Сосновоборск, на строящийся завод автоприцепов, где давали квартиры.

Александр работал инженером-конструктором в отделе главного металлурга. Одним из первых вводился кузнечный цех, поэтому Александр попал буквально на горячую тему: разрабатывал технологические процессы и оснастку для горячей штамповки деталей.

— Правда, активистом не был, но парень надёжный, — говорит Анатолий КОСТРИЛЕВИЧ, работавший инженером-технологом в том же отделе. — Помню его за кульманом: ответственный, старательный. Ценные качества для молодого специалиста.

— Мне кажется, ему было «тесно» в мире кузнечных деталей, — вспоминает Олег КРАСНОПЕЕВ, в то время начальник кузнечного бюро. — Хотел стать лётчиком. Конечно, мы знали, что его отец — фронтовик, Герой Советского Союза.

Однажды, придя домой, Александр спросил жену: «Как ты смотришь на то, что я, возможно, буду работать в КГБ?». Как муж решил, так тому и быть — это была позиция Ирины.

«Есть такая профессия...»

В 1976 году А.П. Гриболева направили на Высшие курсы КГБ СССР на год.

— Саша уехал учиться в Минск, а я осталась в Сосновоборске и к нему летала только на праздники, — продолжает И.М. Гриболева, перебирая фотографии, где муж запечатлён то с автоматом в снежной засаде, то во время занятий самбо. — Учёбу в Белоруссии он совмещал со спортивными состязаниями. На общероссийских соревнованиях по стрельбе был восьмым.

По возвращении Александру предложили должность в Железногорске. Хороший город, закрытый. Но он сказал, что хочет живой оперативной работы, а в «девятке» слишком спокойно.

Ему пошли навстречу, оставили в краевом управлении КГБ. Там он не раз отличился, выступая в составе сборной команды по служебному многоборью. Однажды во время лыжных гонок у Гриболева сломалась лыжа, но с дистанции он не сошёл, прибежал к финишу на одной лыже и получил специальный приз «За волю к победе».

В 1980 году во время Московской олимпиады Александр отвечал за безопасность иностранцев, прибывавших в Союз железнодорожным транспортом, и, можно сказать, жил на вокзале. Жена не знала, когда он придёт домой и когда уйдёт. Благодарность за эту работу получил от руководителя КГБ СССР Юрия АНДРОПОВА.

— Когда началась афганская война, он мечтал туда попасть, хотел проверить себя, что ли, — голос Ирины Михайловны вдруг начинает дрожать. — А ведь его направляли на учёбу в Академию КГБ в Москву на несколько лет. Но отказался, уступил своё место товарищу Саше ПОЛИТОВУ, а сам поступил на курсы спецназа КГБ «Вымпел». Они и с парашютами прыгали, и подрывным делом занимались, и учились действовать в горах. Их обучали мастера спорта международного класса. Базировались спецназовцы в Подмосковье, но по несколько месяцев они тренировались в разных городах — в Алма-Ате, Биробиджане и других.

В архиве УФСБ по Красноярскому краю хранится удостоверение, выданное А.П. Гриболеву. В документе указано, что 18 июня 1981 года в составе группы альпинистов в/ч 05251 он совершил восхождение на вершину Арагац (Алагёз), высота 4095 метров, категория трудности 1 «б», сдал все установленные нормы и награждён значком «Альпинист СССР» 1 ступени. Хранится и справка о том, что в составе воинской части с 22 июня по 3 июля 1981 года он совершил три прыжка с парашютом из самолёта Ан-2.

Когда Александр вернулся после той спецподготовки, он сильно изменился — стал курить, отрастил усы, выглядел суровее, взрослее. Жене он сказал: «Ира, я съезжу ненадолго в Афганистан», а уехал навсегда... Теперь Ирина Михайловна корит себя за то, что не знала о примете: не фотографироваться перед отъездом. Муж не хотел, но отказать супруге не мог, надел форму, и они спешно, на такси, съездили в фотосалон. «С ним невозможно было поссориться, — говорит вдова, — такой мягкий характер. Скромный, тактичный. В то же время настойчивый, если хотел чего-то добиться».

«У каждого мгновенья свой резон...»

О чём оперативный сотрудник КГБ писал жене «оттуда»? О том, как хорошо их встретили, разместили. Писал, как бедно и трудно живётся местным крестьянам. Сообщал, как отметили день рождения земляка из Курагино и подарили ему швейцарские часы; как пышно, салютом провожали домой отслуживших свой срок (полтора года) солдат. Радовался Александр за жену, что слетала она в Ленинград, посмотрела северную столицу. Обещал, что после его возвращения обязательно побывают в городе на Неве вместе.

Ту ужасную субботу Ирина Михайловна и хотела бы забыть, да не может. Ей позвонили и велели срочно приехать к родителям Александра. Перед тем как сесть в такси, она по привычке заглянула в почтовый ящик: письмо. По дороге прочитала. Как обычно муж сообщал, что всё у него хорошо.

Во дворе у дома Гриболевых стояло много машин и скорая. Поднялась в квартиру,там мужчины в военной форме (обычно коллеги мужа носили гражданскую одежду), все с каменными лицами. И молчание. Навстречу бросилась свекровь с криком: «Ира, Ира, Сашу убили...». Помнит, как долго спорила с генералом КГБ, что это ошибка, что она вот только, несколько минут назад, читала письмо. А он ей как ребёнку терпеливо объяснял, что письмо шло слишком долго. Помнит и слова свёкра, когда он, враз обессилевший, еле слышно шептал: «Господи, лучше б меня тогда на войне убили».

Сотрудники архива УФСБ России по Красноярскому краю предоставили нашей редакции интервью бывшего оперработника отряда «Кобальт» МВД СССР Константина МАСЛЕННИКОВА, опубликованное в Ачин-
ской газете 21 февраля 2007 года. Ветеран вспоминает службу в Афганистане и обстоятельства гибели своего товарища Александра Гриболева: «...По возвращении из Кабула в Мазари-Шариф я узнал, что мой друг Гриболев находится на базе своего отряда. Я с ним созвонился, и мы договорились встретиться на войсковой операции. И вот едем по дороге к месту операции, слышим взрыв. Кто-то впереди подорвался. Подъехали. Наши ребята. Кто контуженный, кто в крови. Я спрашиваю: «А где мой земляк?». Мне отвечают: «Да вон он лежит».
Я подошёл и увидел Сашку. У него нет ног, нет рук, глаза залиты кровью. Мы взялись перевязывать. Я был в шоковом состоянии. А он говорит: «Жорка, поправь мне ногу, больно», а ноги нет. Она где-то в двадцати метрах лежит, вместе с ботинком. Я ему говорю: «Санька, это я, твой земляк, Костя». Он меня не слышит, говорит своё: «Вот невезуха». Подорвался он на мине. Жорка шёл за ним. Его контузило, но он остался жив. Спасти Сашу не удалось. Мы с женой решили родить сына и назвать его Сашей. А получилось сразу две девочки. Но сейчас у меня есть маленький боец Санька — мой внук».

Вдова афганская

Ирина Михайловна бережно складывает обратно в конверты драгоценные письма.

— Я ведь пыталась убежать от своей беды, спрятаться от всех, чтоб не жалели меня. Даже на Крайний Север уехала, в Туруханск. Преподавала детям танцы. В наше время в Цветмете был факультет общественных профессий, и вместе с дипломом о высшем инженерном образовании мне выдали диплом по специальности «Руководитель детского танцевального коллектива». Хореографию в институте вёл солист Ансамбля танца Сибири Анатолий ВЛАСОВ, так что подготовка основательная. Дополнительная специальность очень выручила меня в жизни. Отработав 10 лет на Севере, в 1994 году вернулась в Красноярск, влилась в ветеранское движение и поняла, что без этого уже не смогу. Я такая же вдова, как эти женщины, и буду отстаивать их права до конца.

С 2014 года Ирина Гриболева возглавляет Красноярское региональное отделение общероссийской организации семей погибших защитников Отечества. Вдова водит машину, занимается в школе № 2 патриотической работой.

В октябре этого года будет 40 лет, как погиб капитан КГБ Александр Гриболев. В красноярской школе № 90 на улице Павлова есть центр военно-патриотического воспитания «Вымпел» его имени, установлена мемориальная доска на школе, где он учился. Ежегодно среди сотрудников УФСБ России по Красноярскому краю проходят турнир по стрельбе из табельного оружия и лыжный турнир памяти А. Гриболева.

Ирина Михайловна призналась, что раньше часто видела мужа во сне живым.

— Я говорю: как же так? Мы же тебя похоронили, вот же могила твоя... А он на меня смотрит и говорит: «Ты что? Забыла, где я работаю? Так надо было!». Проснусь и думаю, где правда? Хоронили-то в цинковом гробу. А не так давно покрестилась я, и Сашу батюшка отпел. Больше не видела ни одного сна. Но всё равно с этим жить до конца дней...

Вера КИРИЧЕНКО