Честно о дистанте

Каков он, дистант глазами студентов? Ответить на этот вопрос попробовала студентка 4 курса ИППС, будущий социолог Алина МАЛЬЦЕВА, которая провела несколько исследований на эту тему. Беседуем с ней об общих для всех студентов обстоятельствах, неожиданных выводах и перспективах такого формата.

— Алина, расскажите, как проводили исследование?

— Моё первое исследование было посвящено дистанционному обучению как фактору развития личностного кризиса студентов в образовании (научный руководитель — канд.социол. наук, доцент кафедры социологии ИППС СФУ Д.О. Труфанов). Было проведено около 20 интервью студентов гуманитарных специальностей. Они давали субъективную оценку перехода на дистанционное обучение и рассказывали о смысле образования на дистанте, о мотивации к учебной деятельности, об эмоциях, переживаниях, о том, должен ли вообще в обучении быть такой инструмент или нет.

Также было проведено исследование отношения студентов к выходу из дистанта. Я провела около 40 интервью со студентами разных специальностей: технических, гуманитарных, естественно-научных. Дело в том, что за год дистанционного обучения произошёл процесс хабитуализации (привыкания). Студенты оценили этот формат, ведь у него есть и положительные стороны: не нужно тратить время на дорогу до университета, лекцию можно записать и прослушать в другое время или повторно — это удобно. И вот все вернулись к очному обучению — и снова столкнулись с трудностями.

— Как возникло предположение, что переход на дистанционный формат может стать причиной личностного кризиса?

— Трудности дистанционного формата я, как говорится, прочувствовала на себе. И мне стало интересно: с этим столкнулась только я или это общая проблема? В процессе интервью со студентами я сопереживала им, была согласна с их тезисами. Главное ощущение от дистанционного обучения — потеря непосредственного контакта с одногруппниками и преподавателями.

Интересно ещё отметить важный момент, связанный со студенческой идентичностью. Когда студент приходит в университет, он — часть целого, он видит своих преподавателей, своих одногруппников, погружён в учебный процесс. А дистант всё это изменил. Студенты в проведённых мной интервью говорили, что не понимают, кто они. Называли себя «полустудентами», «недостудентами». С точки зрения социальной идентичности важно, когда человек чувствует себя частью сообщества. На дистанте этот момент потерялся, потому что все привычные нормы, которые были в очном формате, исчезли.

— Были ли какие-то общие для всех студентов ответы о дистанционном обучении? И зависели ли они от направления или специальности?

— Общее мнение: дистант — это потеря живого общения. В очном формате мы непосредственно общаемся с преподавателем, видим его мимику, можем посмеяться над его шутками, а на дистанте студенты столкнулись с отсутствием живой коммуникации и обратной связи от преподавателей.

И, конечно, так как в очном формате обучения редко используются онлайн-инструменты, то первое время были дезориентированы все участники образовательного процесса. В целом всех студентов можно разделить на две группы: те, для кого в университете важнее всего именно коммуникация (студенческая жизнь, мероприятия и т.д.); и те, для кого важнее получение знаний и профессиональных компетенций. Так вот: потери почувствовали обе группы, но особенно тяжело пришлось студентам естественно-научных, технических направлений. При очном формате обучения, как говорят сами студенты, они могли «работать ручками»: отрабатывали практические навыки в лабораториях, ставили эксперименты, сдавали нормативы. В дистанционном формате всё это было потеряно, что всех расстроило и повлияло на мотивацию к учёбе: кто-то просто утратил смысл образования. Это привело к тому, что некоторые из опрошенных, кто до пандемии хотел поступать в магистратуру по своей специальности, из-за изменения формата обучения изменили своё решение.

Не менее тяжело пришлось студентам гуманитарных направлений, ведь их профессии часто связаны с непосредственной коммуникацией с людьми, взаимодействием в группах и сообществах.

— А какие положительные стороны дистанта называли студенты?

— Отсутствие траты времени на дорогу, возможность заняться хобби, появление новых увлечений. Студенты научились большей самостоятельности, большему контролю своего времени, самоорганизации. Ведь на дистанте ты предоставлен сам себе, над тобой не стоит преподаватель, который тебя дисциплинирует. Многие студенты отмечают, что это был уникальный опыт, когда они сами понимали, что всё зависит от них: найдёшь способ себя организовать — будешь учиться, получишь знания. Не будешь — год пройдёт впустую. Хотя также они отмечали отвлекающие факторы, которые возникли: дом, родители, собаки, кошки, невозможно сосредоточиться на учёбе. И, конечно, порой хотелось снова приехать в университет, чтобы погрузиться в студенческую атмосферу, позаниматься в аудиториях, носить с собой студенческий билет, общаться непосредственно с преподавателями. На дистанте учебная мотивация понизилась по сравнению с очным форматом и вновь повысилась после выхода из него.

— Какие выводы исследования стали неожиданными?

— Наверное, то, что некоторые студенты так и не смогли «преодолеть» дистанционный формат, он стал для них кризисом. В кризисной ситуации человек либо повышает свои навыки и становится сильнее, либо замыкается в себе. И многие студенты целый год дистанта жили в постоянном тревожном состоянии.

Они говорят: «Я не могу привыкнуть к тому, что имеет временный характер». И их можно понять. Многие студенты отмечают, что студенчество — важный период, а мы потеряли целый год студенческой жизни, и его уже не вернуть; это грустно.

— Можно ли сказать, что это всё-таки любопытный опыт, когда — раз! — и весь мир разошёлся по комнатам?

— Это любопытный опыт, своего рода естественный эксперимент над всей образовательной системой. Эксперимент дал новое видение процесса образования, и многие студенты, отвечая на вопрос о месте дистанта в образовательном процессе, утверждают, что он должен быть, но только как вспомогательный инструмент. Например, если кто-то заболел и не может прийти на занятие, то может слушать лекцию дистанционно. Кстати, после выхода с дистанта эта практика прижилась. Например, нашей одногруппнице нужно было делать доклад, а она заболела; тогда мы подключили её через телефон, и она выступила онлайн. То же было, когда заболел преподаватель. Что бы мы делали без опыта дистанта? Сидели бы тихо в аудитории, ничего не делали. Что мы делаем после данного опыта? Наш преподаватель подключился через зум, прочёл лекцию, мы писали конспекты и задавали вопросы. Это превосходно, я считаю, мы научились этому!

— Для вас вынужденный дистант стал исследовательской удачей?

— Если честно, да. На третьем курсе я думала, что у меня будет другая тема диплома. Но когда я стала глубже изучать тему дистанционного обучения, то поняла, что мне это гораздо больше интересно, потому что актуально, жизненно, с этим столкнулся каждый.

— И последний вопрос: ваше личное отношение к дистанционному обучению?

— Я удовлетворена таким форматом и не воспринимаю его негативно. Для меня это больше про свободу, независимость и самостоятельность, нежели про раздражение и гнев. Это был важный опыт, и он дал позитивные моменты.

Анна ГЛУШКОВА