Прийти, увидеть, научить

Что вы знаете о коммерциализации инновационных проектов? Что это процесс, в который вовлекаются учёные СФУ, ведущие учебную и научно-исследовательскую деятельность? Мы можем рассказать больше.

Почти год Сибирский федеральный университет сотрудничает с Фондом социально-экономической поддержки регионов «СУЭК — регионам» и Фондом «Новая Евразия». Основные цели совместной работы — научить исследователей продвигать разработки, выполненные

на базе университета, в реальный сектор экономики, плюс — сформировать новые кадры инновационных менеджеров, координирующих процесс превращения новаторской научной идеи в конечный рыночный продукт. Подробнее о задачах, формах и первых результатах этого сотрудничества рассказывает эксперт Фонда «Новая Евразия», управляющий партнёр компании «Венова», преподаватель Московской международной высшей школы бизнеса (МИРБИС) и Российской академии народного хозяйства и Государственной службы при Президенте РФ А.Ю. КОМАРОВ.

— Александр Юрьевич, похоже, вы знаете процесс создания, развития, оформления и «доведения до ума» инновационного проекта с позиции всех задействованных сторон.

— Причём не только с точки зрения эксперта. В настоящее время я участвую в нескольких инновационных проектах в роли менеджера-управленца. В частности, один из наших проектов посвящён новому способу защиты информации в Интернете: мы хотим добиться, чтобы «залитые» в Сеть книги не могли просматриваться и скачиваться всеми желающими бесплатно.

— В чём принципиальная разница между вашей преподавательской деятельностью в Москве и теми курсами, которые вы читаете в СФУ?

— В Академии народного хозяйства на мой курс отводится 20 часов, в качестве слушателей выступают люди, получающие второе высшее образование. В Красноярске я провожу одну–две установочные лекции, а затем консультирую ваших ребят индивидуально по их проектам. Совместно с руководителем НОЦ МУ Лидией ИЩЕНКО мы отобрали четырёх инициаторов проектов: это аспиранты СФУ и один сотрудник Института химии и химической технологии СО РАН. Вот с этими людьми и их командами мы и сотрудничаем. Обычно проводим еженедельные видеоконференции в Skype, а сейчас, когда я могу физически присутствовать в СФУ, прорабатываем сложные и непонятные моменты в каждом проекте. Как показывает опыт, сложно работать с практикующими учёными, особенно с теми, у кого значительный стаж научной деятельности. Они заочно не доверяют бизнес-посредникам, опасаясь незаконного присвоения своей разработки, боятся остаться «за бортом».

— Какой из курируемых проектов кажется вам наиболее перспективным?

— Например, проект аспирантки Анны ШУМИЛОВОЙ (научный руководитель д.мед.н., заведующая кафедрой медицинской биологии ИФБиБТ Е.И. ШИШАЦКАЯ). Разработана технология производства упаковочного материала из полностью растворимых биополимеров; она, несомненно, будет пользоваться успехом на рынке. Вам нравятся обрывки грязных пакетов, летающие под окнами? Вот Анна и её команда знают, как решить эту проблему.

Интересен проект по добыче кристаллического «солнечного» кремния. Инициировал проект младший научный сотрудник Института химии и химической технологии СО РАН Роман ЗАКИРОВ. Предполагается, что создана принципиально новая технология добычи кремния, она на порядок дешевле ныне существующих.

Предполагается?

— Ну да. Проект находится на ранней стадии. И мы не знаем, что из него получится в итоге. В этом опасность инновационного бизнеса: как и живые организмы, проекты могут не пережить стадию «детства» — очень сложно привлечь инвестиции в нечто неоформленное, потенциальное, доказать, что в это вообще стоит вкладывать деньги.

— Вы упоминали, что проводите видеоконференции совместно с руководителем НОЦ МУ СФУ. Это способ передачи опыта?

— Безусловно. Я здесь не только для консультирования инноваторов, сверхзадача — обучить коллег из СФУ работать с инновационными проектами, грамотно сопровождать процесс коммерциализации. Знаете, в чём сложность российского стартап-бизнеса? Научно-исследовательская часть любого инновационного проекта — это 10% от целого. То, что вы изобрели крутейший карандаш с ластиком (а в своё время это действительно было инновацией) — это только начало пути. Далее необходимо создать команду, которая будет с вами работать. В команде обязан быть менеджер, маркетолог и другие специалисты, исходя из индивидуальных особенностей вашего проекта. Необходимо изучить рынок, обязательно позаботиться о защите интеллектуальной собственности.

«Упаковать» проект должным образом — проблема для абсолютного большинства наших учёных. Переговоры между потенциальными инвесторами и представителями учёного сообщества — вообще странное зрелище, поскольку стороны говорят на разных языках и почти не понимают друг друга.

То, что исследователь воспринимает как великолепную научную находку, красивую саму по себе, для бизнесмена — эдакая «вещь в себе»: непонятно, как извлечь из неё прибыль.

А всё почему? Потому что нет «переводчика» — менеджера, который покажет выгодные стороны проекта, точки соприкосновения с бизнесом.

Я против того, чтобы хороший учёный срочно становился хорошим управленцем. Это нереально. Разные функции должны выполняться разными профессионалами. Я хочу, чтобы у вас в университете сформировались такие вот «переводчики», регулирующие движение на «перекрёстке» науки и бизнеса.

— Насколько я знаю, некоторые инноваторы, с которыми вы начинали работать в СФУ, отошли от сотрудничества. С чем это связано?

— С тем, что люди не ценят возможности коммерчески грамотно оформить свой проект, найти инвесторов и потом зарабатывать на результате своего интеллектуального труда годами. Зачем, если можно выиграть гранты и победить в паре конкурсов? Там деньги дают сразу. Правда, марш-броски заканчиваются одним и тем же — грантовое финансирование не бесконечно, и нужно снова что-то «по-быстрому» выигрывать, распыляться по мелочам.

— Как должны выстраиваться отношения в бизнес-команде, работающей над коммерческим продуктом?

— По принципу взаимодополнения. Иногда маститые учёные совершают фатальную ошибку, не желая прислушиваться к советам «молодых» — специалистов по коммерциализации, работающих с проектом. Вы на то и команда, чтобы идти к одной цели, не выпячивая свою научную «заслуженность» там, где это не нужно.

— Расскажите подробнее о фигуре специалиста по коммерциализации.

— Его роль очень разноплановая. Это человек, обладающий, независимо от полученного образования, необходимым минимумом технических познаний, экономически и юридически грамотный. Он должен участвовать в постановке задач перед привлекаемыми специалистами. Например, именно специалист по коммерциализации разрабатывает стратегию защиты интеллектуальной собственности, сотрудничая с патентным поверенным. Не стоит надеяться, что патентовед сам напишет вам именно то, что нужно. Может оказаться, что в патенте зафиксированы сведения, которые следовало бы не публиковать в патенте, а засекретить (защитить в режиме «ноу-хау»), и вообще — лучше было бы получать по этому проекту не один, а два или три патента. Вообще, любой привлекаемый специалист — это не более чем исполнитель. Он, как золотая рыбка, исполняет ваше техзадание: что сформулируете, то и получите. Поэтому — формулируйте с умом.

— Диагностируйте: на каком уровне сейчас находится профессионализм специалистов НОЦ МУ?

— У специалистов центра есть все шансы доказать «профпригодность», помогая свершиться истории успеха одного-двух инноваторов из тех, с которыми мы сейчас сотрудничаем. Как только кто-то из ребят выведет на рынок полноценный конкурентоспособный продукт — это сразу же отобьёт у скептиков желание упражняться в остроумии по поводу инноваций вообще и коммерциализации в частности. Ещё раз повторяю: мы не в игрушки играем. Мы учимся превращать хорошие научные идеи в практически применимый, полезный, рыночно востребованный товар.

Татьяна МОРДВИНОВА

19 декабря в Москве в Президент-отеле состоялось вручение сертификатов ребятам, прошедшим обучение по реализуемой программе.

Средняя оценка: 3 (проголосовало: 6)