Надежда десятилетия:
все музейные объекты России оцифруют к 2026 году

Нынешней осенью уже во второй раз наш университет принимает участников Международной конференции «Информационные технологии в гуманитарных науках». Наряду с СФУ её организатором выступило Российское научное сетевое сообщество исследователей в области цифровых гуманитарных наук — организация-партнёр European Association for Digital Humanities. В Красноярск приехали учёные из Нижнего Новгорода, Самары, Ижевска, Барнаула, Перми, Новосибирска, Томска. Прибыла делегация от Центра цифровых гуманитарных наук ВШЭ, где работа с большими данными в литературоведческих исследованиях ведётся на международном уровне.

Гуманитарный институт СФУ подготовил к форуму исследование, касающееся возможности получения доступа к произведениям искусства и коллекциям музейного фонда Российской Федерации. Соавторами работы стали сотрудники Гуманитарного института Инна Александровна КИЖНЕР и Максим Валерьевич РУМЯНЦЕВ, профессор Университетского колледжа Лондонского университета Мелисса ТЕРРАС и выпускница Гуманитарного института Кристина СЫЧЁВА.

— Мы показываем первый взгляд на состояние российских цифровых коллекций в национальном разрезе и региональном, сообщаем о масштабе оцифровки в главных географических регионах России и ставим под сомнение само понятие цифрового канона, — рассказывает член оргкомитета конференции, старший преподаватель кафедры информационных технологий в креативных и культурных индустриях ГИ СФУ Инна Александровна Кижнер. — Мы утверждаем, что печатный канон должен быть расширен в рамках цифрового пространства. Рассмотрено, в частности, количество изображений, опубликованных в сети, и условия, при которых пользователи могут получить доступ к изображениям. По нашим данным, в сети опубликовано около двух процентов всех объектов, которые есть в коллекциях музеев, а оцифровано около 14%.

— А если исследователь хочет использовать изображения в публикациях или перенести в свой собственный интерфейс и дальше работать с большим количеством данных?

— Это крайне сложно, потому что в соответствии с российским законодательством никакое изображение нельзя копировать для публикации, для тиражирования без письменного согласия администрации музеев. Мы проводили эксперименты и запрашивали у ряда музеев РФ изображение для публикации на сайте СФУ; откликнулись около 25% из порядка 200 музеев. Музеев западных, которые дают возможность копировать изображения со своего сайта без ограничений, тоже не слишком много. Это повсеместная ситуация, но только у нас в стране это условие прописано в законодательстве, таким образом, оно становится более жёстким. Исполнение формального запроса не всегда возможно в силу разных бюрократических причин и авторитета той организации или человека, который обращается с запросом. Вероятность того, что изображения будут получены бесплатно, не высока, если только музею в этой ситуации не предоставлены дополнительные возможности.

— Расскажите подробнее, как было организовано исследование?

— Мы запросили данные в Министерстве культуры РФ, оно предоставило нам базу данных, основанную на отчётности, которую министерство получает каждый год от всех музеев страны. В результате получился анализ, который показывает, что, несмотря на ожидания публики (мы же предполагаем, что оцифрована большая часть коллекций музеев РФ!), переведено в цифру далеко не всё даже из того, что нужно оцифровать.

Конечно, оцифровывать 100% коллекций нет необходимости, ведь в них есть дубликаты, разные документы, которые не актуальны. Но тем не менее, по оценкам европейских специалистов, оцифровать следует 70-80% коллекций, 14% — явно недостаточно. Замечу, в России три тысячи музеев, начиная от таких крупных, как Эрмитаж, и до региональных, как Красноярский художественный музей им. Сурикова.

— На каких ресурсах можно увидеть российские цифровые коллекции?

— Они представлены в основном на сайте Государственного каталога музейного фонда РФ. Этот сайт с каждым годом заполняется всё с большей скоростью, но объёмы ещё не велики — сейчас представлено около 2% музейных коллекций. Изображения и метаданные представлены также в европейской библиотеке Еuropeana и в проекте Google Arts and Сulture.

Мы работали со статистическими данными по оцифровке, предоставленными 2300 российскими музеями, регулярно присылавшими свою отчётность в Министерство культуры РФ. Всего в российских музеях хранятся 80 млн объектов. Мы не рассматривали качество этих коллекций, важность для гуманитарных исследований или качество оцифрованных изображений, а только масштаб оцифровки в крайне разнообразной стране с огромным культурным и этническим наследием. В результате оказалось, что география оцифровки демонстрирует большие разрывы: 36% (то есть треть всех музейных коллекций) в Санкт-Петербурге, 25% в Северо-Западном округе страны, 6% в Дальневосточном федеральном округе и 11% в Сибирском федеральном округе.

Это означает, что если мы начнём изучать, скажем, этнографические коллекции Сибири или Дальнего Востока, то наши выводы будут несколько тенденциозными, поскольку количества оцифрованных объектов явно недостаточно!

Мы сравнили наши данные по масштабам оцифровки с результатами аналогичного исследования в европейских музеях. Оказалось, что там оцифрован 31 % коллекций, показатель в два раза больше российского, но всё еще недостаточный, если предстоит анализировать большие массивы данных. Кстати, уровень оцифровки в Санкт-Петербурге даже превышает средний уровень по Европе.

В нашей стране изображения, опубликованные в сети, составили полтора процента. В европейских музеях — 7%, но этого тоже крайне недостаточно для того, чтобы исследователь мог получить изображение, не делая дополнительных запросов в администрацию музеев.

— И какой напрашивается вывод?

— Ни у нас, ни в европейских музеях инфраструктура не налажена так, чтобы исследования проходили легко и гладко.

— Что можно сказать о доступности отечественных цифровых коллекций для иностранных исследователей?

— Если мы вообразим, что учёный в Австралии захочет изучить, допустим, сибирскую коллекцию и написать диссертацию по этому поводу, удобно было бы воспользоваться англоязычным интерфейсом. Такие интерфейсы представлены у 137 учреждений — это около 6% всех российских музеев, сосредоточены они главным образом в Москве, Санкт-Петербурге и северо-западной части страны. Крайне важно получить метаданные или аннотацию изображения, научное его описание на английском языке. Важно знать и период создания музейного объекта, и место его создания, и технику, в которой он изготовлен, и прочие параметры. Такие метаданные на английском языке представлены в 15 музеях из 2300.

— Невесёлая вырисовывается картина…

— Предполагается, что Государственный каталог музейного фонда РФ соберёт изображения всех музейных коллекций страны (за исключением частных коллекций) к 2026 году. Однако если эти изображения нельзя будет использовать в публикациях или в гуманитарных исследованиях, то это может привести к тому, что российские коллекции будут исключены из международных гуманитарных исследований, где подход, связанный с большими данными, и работа с визуальными материалами становятся всё более популярными.

Проблема связана ещё и с развитием визуального канона, то есть набора печатных и цифровых изображений, которые и библиотеки собирают, и преподаватели используют в образовательном процессе, и люди покупают. Если цифровые изображения из российских коллекций будут исключены из нового визуального канона, это приведёт к тому, что российская культура начнёт выходить из международного оборота, что очень нежелательно.

Наталья КУЗНЕЦОВА

НЮАНС

На конференции в СФУ презентован первый русскоязычный перевод хрестоматии по цифровым гуманитарным наукам, изданной в 2013 году под редакцией Мелиссы Террас, Джулианн НАЙХАН и Эдварда ВАНХУТА. В хрестоматии собраны ключевые тексты в цифровых гуманитарных науках, которые раскрывают разные точки зрения на дисциплину. На сегодняшний день это единственный перевод данного масштабного издания в России, и выполнен он преподавателями СФУ Юлией ВАЛЬКОВОЙ, Ярославом СОКОЛОВСКИМ и студентом СФУ Кириллом ШИЛЕЙКИСОМ.