Международное право. На английском. В Сибири

Идея создания международной магистерской программы на английском языке родилась в недрах Юридического института СФУ в прошлом году и сразу была включена в план как перспективная. Возглавила группу разработчиков к.ю.н, заведующая кафедрой международного права Татьяна Юрьевна СИДОРОВА.

— В Юридическом институте СФУ преподаётся в основном национальное право на русском языке. Проанализировав ситуацию на примере наших иностранных студентов из Китая и Колумбии (а русский язык даётся им с большим трудом), мы увидели их потребность в обучении праву на английском, — рассказывает Татьяна Юрьевна. — И единственное, на наш взгляд, привлекательное направление, которое можно преподавать на иностранном, — это область международного права. Одновременно родилась идея, что программа International Legal Consulting («Международное юридическое консультирование») может привлекать не только юристов, но и тех, кто прошёл смежные направления подготовки (гуманитарные, экономические), но при этом планирует иметь дело и с юриспруденцией.

Входные требования: знание английского на достойном уровне (квалификация B2 — пороговый продвинутый уровень) и желание человека работать с юридическими текстами, получать новую для себя профессию.

Мой опыт работы с русскоязычными магистрантами, не имевшими юридического образования, показывает, что наличие хорошо развитых аналитических навыков позволяет им достаточно быстро схватывать информацию. Они могут не знать каких-то деталей права, но всегда знают, где найти информацию, как её систематизировать, проанализировать и выдать результат, а именно это и требуется от юриста.

— Когда случится первый набор?

— Мы рассчитывали успеть к 2021 году, но из-за пандемии пришлось сдвинуть сроки, потому что нет уверенности, что в следующем году к нам смогут приехать иностранные студенты. Набор планируем на 2022 год, и 20 человек — это оптимистичный прогноз. Кто будет руководителем, сейчас обсуждается, есть несколько кандидатур. Мы собираемся привлекать преподавателей из партнёрских университетов, чтобы сделать программу более разнообразной и содержательной. Это федеральные университеты — Северный (Арктический), Северо-Восточный, Уральский и Южный. С этими вузами у нас уже есть опыт взаимодействия. Хотелось бы привлечь к программе и некоторые вузы Китая, а также Университет Лазарского в Варшаве, с которым работаем по направлению «Международные отношения».

— Сегодня программа на английском языке, а завтра, возможно, и на китайском?

— Это вряд ли, ведь технический язык образования, науки и бизнеса всё-таки английский, на нём изданы почти все первоисточники по международному праву. Китай — большая торговая держава, и если вы реализуете международные контакты, в любом случае понадобится английский. Когда мы рассматривали для себя рынок Азии, то анализировали обучение в китайских вузах. В некоторых из них право, в том числе китайское, преподаётся на английском языке. И в магистратуре они стремятся делать англоязычные программы.

— Скажите, международная программа — это серьёзное достижение, предмет для гордости?

— Нам есть чем гордиться, потому что удалось разработать необычную концепцию. Начальный толчок дала одна из вакансий, которая была размещена на сайте Центробанка. Требовался специалист в области международного права, который занимался бы консалтинговой деятельностью. И когда возник вопрос, могли бы мы подготовить такого специалиста, то появилась идея программы, базирующейся не вокруг предметной области, как это обычно бывает (например, готовим магистра в области гражданского права или в области уголовного права и процесса), а вокруг юридической экспертно-консультационной деятельности. Программа получилась такая, что предметные области дополняют профессиональные навыки и компетенции, а выпускник потом сможет, используя их, развить свои знания в любой отрасли права и в любой юридической сфере.

В нашем институте уже есть успешный опыт работы с немецким университетом — программа двух дипломов «Немецкое и российское право». Выпускники получают российский диплом магистра по направлению «Юриспруденция» и степень LL.M Университета Пассау (Германия). Но эта программа довольно камерная, потому что требуется хорошее знание немецкого языка. И нацелена она больше на изучение национального права (российского и немецкого) и на сравнительное правоведение. Ведётся индивидуальная работа с каждым магистрантом под индивидуальные потребности. Обучение требует нахождения в Германии в течение одного года, а не каждый студент может себе это позволить. По новой англоязычной программе можно будет обучаться только в России.

— Какие риски вы учитывали, задумывая программу?

— Риск первый: юристам, которые получают внутреннее российское образование, она может быть попросту не интересна. Поэтому мы и делали программу открытой и доступной для людей с любым образованием. В первую очередь, для бакалавров, имевших хорошую языковую подготовку.

Риск второй — уровень знания английского языка юристов. Мы уже не раз убеждались, что многие люди вроде бы и заканчивают школу и университет с неплохим английским, но найти и отобрать из них тех, кто интересовался бы и правом, и языком одновременно — сложно.

Третий риск — нельзя не учитывать форс-мажор вроде нынешней пандемии, когда приостанавливается набор на международные программы. Поэтому мы теперь прорабатываем дистанционный формат взаимодействия с иностранными студентами ещё до того, как они прибудут в Россию.

Плюс к этому конкуренция между вузами, и в первую очередь на территории Сибири.

И ещё риск — недостаток преподавателей, великолепно владеющих английским языком. Переходить с языка на язык и готовить методические материалы на разных языках — это большой вызов.

— Кто входит в команду разработчиков?

— Откликнулись представители разных кафедр — Георгий Леонидович МОСКАЛЁВ (уголовное право), Светлана Павловна БАСАЛАЕВА (трудовое право), Павел Валерьевич ЛАПО (теория и история государства и права), Лариса Юрьевна АНИСИМОВА (теория и методика социальной работы), Ирина Дмитриевна МИШИНА (кафедра иностранного права и сравнительного правоведения), Валентина Владимировна ТЕРЕШКОВА (кафедра международного права). Все они владеют английским, некоторые имеют сертификаты, подтверждающие высокий уровень знания языка.

— Где смогут работать выпускники?

— С учётом того, что они получат метапрофессиональные навыки консультирования в юриспруденции, смогут в дальнейшем самостоятельно освоить любую предметную область на любом языке, поскольку будут владеть методами анализа и толкования права. Их трудоустройство зависит исключительно от их амбиций.

Так, выпускники вполне могут устроиться в международные организации, в российские и иностранные бизнес-структуры и неправительственные организации — везде, где необходимо осуществлять консультирование по юридическим вопросам, использовать российское, иностранное либо международное право. Естественно, наиболее приемлемым является трудоустройство, где основной язык общения английский. Исходя из задач, которые стоят перед бизнесом Красноярского края (в частности, выход на внешние рынки, экспортоориентированность), — перспектива заманчивая.

Приведу пример. Несколько лет назад в Красноярске было создано акционерное общество, которое должно способствовать выходу на китайский рынок красноярских компаний. Оно очень нуждается в юристах, знающих международное право и иностранный язык (в идеале английский и китайский).

Мы ориентируемся на те структуры, которые поддерживают российский бизнес за рубежом, и на структуры, имеющие отношение к различным неправительственным организациям в масштабе РФ. Это организации, занимающиеся проведением международных выставок, конференций, фестивалей, осуществляющих консалтинг в различных сферах и т.д.

По большому счёту, элементарные знания права должны быть у всех — не для работы даже, а для жизни. Конечно, наш выпускник не сможет работать судьёй, следователем — там специальные требования. Но вполне может квалифицированно толковать нормы права и на этой основе строить свою деятельность и оценивать деятельность других.

Вера КИРИЧЕНКО