Запрограммируй будущее
Проекты международного уровня, бесплатный английский и польза игрушек

«DMD» — компания с характером и твёрдыми правилами. Например, такими: никаких подработок на стороне; телефон в рабочее время только на беззвучном режиме; нецензурная лексика неприемлема. «DMD» тщательно отбирает людей в свою команду. Здесь ждут тех, кто по-настоящему увлечён своей работой и готов это доказать. Как же трудоустроиться в одну из самых успешных компаний по разработке программного обеспечения в Красноярске?


СПРАВКА.
Компания «DMD» (Digital Mind Development) разрабатывает специализированные программы для промышленного производства, медицины, энергетики и финансовой сферы. На рынке уже 16 лет. Персонал насчитывает более 60 сотрудников, это программисты, тестировщики, системные аналитики. Вместе они создают уникальное программное обеспечение для производственных и IT-компаний из России, Германии и США.

Не одно, а три собеседования

В большом опен-спейсе «DMD» висят двое одинаковых часов. Одни показывают красноярское время, другие — время в стране заказчика. Удобно смотреть, который час в городе, где живёт заказчик, когда ему звонить и писать.

В офисе спокойная тишина. Слышится только стук пальцев по клавиатурам и щелчки компьютерных мышей. Разговаривают очень тихо. Ходят, кажется, бесшумно. Я здороваюсь, и несколько человек поднимают на меня непонимающие глаза.

— Не надо отвлекать, — тут же останавливает меня директор и основатель «DMD» Андрей ЕПИХИН. — Программирование требует очень большой погружённости, и программисту в среднем нужно 20 минут, чтобы войти в состояние максимально эффективной работы. А вот вывести из него за секунду может любая мелочь: фраза, смска. Звук на телефонах у всех здесь отключён. Это правило действует во многих компаниях, которые занимаются программированием.

Андрей Епихин — деловой, серьёзный, обстоятельный. Его авторитет у сотрудников не вызывает сомнений. В компании выстроена чёткая иерархия, и, кажется, порядок царит во всём: проверенная временем система работы, свод корпоративных правил, свои законы трудоустройства.

— Чтобы попасть к нам на стажировку, студент проходит три собеседования: со мной, с техническим директором и с руководителем проекта, где открыта вакансия. Сначала я, конечно, смотрю резюме. Важно, чтобы оно не было банальным, как будто скачанное с HeadHunter. Все пишут про свою стрессоустойчивость, коммуникабельность, ответственность, рассказывают о хобби. Мне не особенно важно, какое у будущего работника хобби. Хороший программист в свободное время читает книги, изучает новые технологии, языки, методы разработки, постоянно экспериментирует. Раньше приходили именно такие кандидаты: после работы, например, писали свою операционную систему, а сейчас чаще предпочитают игры, развлечения... Мне нужны люди увлечённые, которые не могут жить без программирования и хотят сделать карьеру.

Ещё 15 лет назад существовала дискуссия: что такое программирование? Наука или искусство? Программисты писали алгоритмы, предлагали уникальные и элегантные программные решения, абсолютно оригинальные коды. Постепенно пришло понимание, что многие в мире делают одно и то же, и начали создавать библиотеки, появились готовые решения, ООП. Сейчас программист — это инженер. Он должен хорошо знать экосистему платформы разработки, в которой специализируется, быть способным разобраться в сложных вопросах предметной области, для которой пишет софт.

На собеседовании я не задаю никаких технических вопросов. Разговор строится сам по себе: зачем человек к нам идёт, чего хочет от жизни? Всегда спрашиваю о среднем балле успеваемости. Считаю, что есть определённая связь таланта и оценок. Могу поинтересоваться, кто вёл тот или иной предмет. Бывает, что студент не знает имён своих преподавателей. Это показатель того, как часто он бывал на занятиях, да и в целом показывает отношение к делу. Можем говорить о дипломной или магистерской работе. Я прошу рассказать, какая там фишка, и смотрю, насколько бегло и заинтересованно человек рассуждает о теме, которую ему предстоит защитить.

Актуальный вопрос — как планирует совмещать работу и учёбу? Мы берём старшекурсников на полный рабочий день. Да, график можно сдвинуть: если пришёл позже, то можно задержаться потом, офис открыт до 23 часов. Конечно, до этого времени никто не работает, но стажёрам необходимо трудиться не менее 40 часов в неделю, иначе они не успеют усвоить весь необходимый объём информации в срок. Некоторые соискатели излагают вполне конкретные планы, как всё успеть, вплоть до того, что договариваются с преподавателями о возможности подработки. Учат материал сами и сдают его во внеучебное время.

Если первое собеседование прошло успешно, кандидат отправляется к техническому директору. Тот задаёт профессиональные вопросы, выясняя теоретическую и практическую базу знаний. Последнее собеседование — с руководителем проекта. Там разговор идёт уже о предметной области предстоящей работы.

— У нас один офис сейчас полностью занят проектом платёжной системы, которому уже 5 лет. Он растёт и развивается. Разработчики изучают массу информации по организации и построению платёжных систем, банковских услуг и операций. Вникают в специфику банковского дела и европейского законодательства. Заказчик — иностранная компания, — поясняет Андрей Епихин. — В другом офисе идут проекты, связанные с разработкой систем оперативного управления производством, машинным зрением, автоматизированным тестированием программных продуктов. Все проекты связаны с какой-либо отраслью. У нас есть системные аналитики, которые контактируют с бизнес-аналитиками заказчика. Последние формулируют задачу, которую нам предстоит решить. Это необходимая цепочка работы, потому что если напрямую связать программиста и бизнес-аналитика, они не поймут друг друга. А системные аналитики «переводят» и транслируют нашим программистам информацию уже на доступном языке.

Три собеседования дают свои результаты: 95% принятых студентов успешно проходят стажировку и остаются в компании.

Стажировка со стипендией или без неё

Стажёру в «DMD» назначается опытный наставник, как правило, это старший программист. Он помогает стажёру быстрее познакомиться с предметной областью проекта, местом разрабатываемого программного продукта в бизнесе заказчика и оценивает успешность стажировки. Стажировка длится один-два месяца на усмотрение руководства. Некоторые кандидаты в это время получают небольшую стипендию, некоторые — нет.

— В основном стажировка не оплачивается: для компании это и так затратный процесс, связанный с отвлечением от работы высококвалифицированных (читай — дорогих) специалистов. В отдельных случаях, если стажёр уже обладает значимыми компетенциями, где-то работал или что-то делал для себя и его код наших специалистов впечатлил, мы можем платить небольшую стипендию уже с первого месяца стажировки в компании, — отмечает Андрей Епихин.

О размерах зарплаты директор «DMD» готов говорить только лично с кандидатом. Её размер в компании у каждого сотрудника индивидуален, но имеется устоявшаяся система градаций, прямо связанная с квалификацией и занимаемой должностью. Зарплата обсуждается с сотрудником по результатам аттестации, её изменение не принято обсуждать с коллегами.

В целом ни для кого не секрет, что программирование — высокооплачиваемая сфера деятельности. И интересно, что на старте карьеры большинство специалистов проходят настоящее испытание деньгами.

— Некоторые студенты бросают учёбу в вузе, как только у них появился первый заказ и заработаны первые более-менее значимые деньги. Они очень радуются: «Вау, получил на руки в два раза больше денег, чем стипендия!». Да, зарабатывать можно уже со школы, но достичь уровня старшего программиста и получать хорошие деньги всегда — для этого нужно постоянно развиваться, учиться, прилагать значительные усилия, — рассуждает директор. — В нашей компании, если сотрудник наращивает опыт, компетенции и не сбавляет темп, зарплата его растёт. Кстати, подработки не поощряются. Программист работает 8 часов, дома он должен отдыхать, а если вместо отдыха он снова пашет, пишет программу на заказ, то через месяц-другой у него резко снижается результативность. Следствие такой усталости — невнимательность, рассеянность.

По успешному завершению стажировки соискатель подписывает трудовой договор и все необходимые документы: о коммерческой тайне, о неразглашении, о работе с персональными данными, о неконкуренции. Далее — три месяца оплачиваемого испытательного срока также под присмотром наставника, потом обязательная аттестация и, наконец, долгожданная работа на постоянной основе.

О пользе игрушек

Компания «DMD» — это два больших офиса: на Карла Маркса, 123 и на Высотной, 2. График работы может быть разным: команды проектов по согласованию с руководством могут трудиться, например, с 8 до 17 или с 11 до 20 часов. Обед плавающий: поел, отдохнул, вернулся к работе над проектом. Работа, конечно, в основном офисная, но случаются выезды на производство к заказчикам, как на местные заводы, так и на предприятия в Москве и городах Германии.

Компания поощряет сотрудников развиваться самостоятельно, иногда отправляет на учёбу, оплачивает обучающие онлайн-курсы и успешно сданные экзамены на сертификацию. Кроме того, раз в неделю проводят бесплатные занятия по английскому языку. Так сотрудники не только прокачивают навыки грамотного разговора и письма на иностранном, но и общаются в неформальной обстановке. Команда становится сплочённее.

Я ещё раз прохожу мимо программистов. Им от 23 до 30 лет: стройные, опрятные, сосредоточенные, но точно с чувством юмора. Каждый рабочий стол не похож на следующий. Девушка в зелёном свитере кликает мышью в виде морды мопса. Рядом парень печатает что-то, на нём наушники в виде бананов. Необычные кружки, кольца, ручной эспандер (чтобы размять пальцы), специальные очки для работы за компьютером. А ещё почти у всех яркие цветные игрушки. Пластмассовые человечки, животные, машинки в ряд стоят у основания монитора.

— Игрушка служит отвлекающим элементом. Когда-то давно в книге «Программист-прагматик» авторы предложили так называемый метод утёнка: если код или программа не работает, нужно расспросить резинового утёнка, что не так? Говорят, после этого шуточного ритуала в голове сразу появляется мысль, как исправить ошибку. Со временем утёнка заменили на других персонажей. Многие игрушками просто украшают рабочее место, — объясняет мне магистрант ИКИТ СФУ, программист на испытательном сроке Кирилл ЯЩЕНКОВ. В «DMD» он всего два месяца, так что пока его рабочий стол почти пустой. В компанию шёл целенаправленно.

— В институте я попал на лекцию, где выступали руководители различных компаний, которые занимаются разработкой ПО. Уже тогда меня заинтересовала «DMD», — говорит Кирилл. — Отчасти, потому что здесь используют технологию NET Framework от Microsoft. Это комплексная технология для разработки широкого спектра программ — от веб-сайтов и обычных программ для операционной системы Windows до сложных корпоративных приложений. Отправил резюме, мне перезвонили, прошёл три собеседования. Я готовился, поэтому сложностей не возникло. У нас такая профессия: при желании можно научиться всему, знания потом перерастут в опыт. Сейчас я продолжаю работать под руководством своего куратора, но задачи, которые он передо мной ставит, усложнились: в первые дни я писал unit-тесты, а сейчас работаю с технологиями регулярных выражений и искусственного интеллекта. Становится всё интереснее.

Александра МАРКЕВИЧ