О войне, истории и о нас
Экспертами в ответах на вопросы газеты стали преподаватели СФУ

Н.В. ПАХОМОВА, ПРЕПОДАВАТЕЛЬ КАФЕДРЫ ИСТОРИИ РОССИИ

— Вот уже 63 года как закончилась война. Означает ли это, что за столь длительный период в исторических исследованиях не осталось «белых пятен»? Или в изучении военной истории еще возможны открытия?

— Тема Великой Отечественной войны до сих пор не утратила своей актуальности. На сегодняшний день, несмотря на обилие монографий и статей, посвященных изучению этого тяжелого периода нашей страны, существуют как спорные проблемы и вопросы, по которым историки не могут прийти к согласию (в частности, это касается начального периода войны), так и недостаточно изученные темы в истории этой войны. Так, например, вопрос о потерях, которые понес СССР, до сих пор считается одним из самых малоизученных. Связано это в первую очередь с тем, что почти на всех архивных документах военного времени стоял гриф секретности, снятый относительно недавно.

На данный момент наиболее объективным и свободным от идеологизации трудом по истории Великой Отечественной войны считается четырехтомное издание военно-исторических очерков «Великая Отечественная война 1941-1945», написанное коллективом наиболее известных военных историков и изданное в 1998 году. Существенной остается и фактологическая значимость 6-томника и 12-томника по истории Великой Отечественной войны и Второй мировой, изданных в 60-е и 80-е годы прошлого столетия. В Красноярске тоже работал военный историк, доктор исторических наук С.Н.Михалёв, который долгое время прослужил в армии, прошел войну и, выйдя на пенсию, посвятил свою жизнь изучению этой темы.

Очень долгое время военные труды советских историков находились под идеологическим диктатом партии, потом Советский Союз распался, но ситуация не слишком изменилась, и историю Великой Отечественной войны стали переписывать в угоду сиюминутной политической конъюнктуре. Недавние события в Прибалтике это подтверждают. Считается, что объективно оценить событие невозможно до тех пор, пока живы участники и свидетели этого события, их дети и внуки. Исходя из этого утверждения, в истории Великой Отечественной войны еще долго нельзя будет поставить точку и сказать, что уже все написано.


В.И. КОКОРИН, ЗАВЕДУЮЩИЙ КАФЕДРОЙ «РАДИОТЕХНИКА»

— Известно, что в начале Великой Отечественной войны мы уступали противнику в техническом вооружении армии, с чем и связаны первые серьезные поражения. После войны советская власть обеспечила своим гражданам чувство защищенности: мы были уверены, что наша страна — самая сильная в мире, что нас боятся и т.д. Как обстоят дела сегодня? Вы выполняете заказы для оборонной промышленности и можете оценить уровень нашего вооружения…

— Думаю, что каждый житель России может спать спокойно и не думать о возможном нападении, сложностях обороны и т.д. Об этом 24 часа в сутки должны думать профессиональные военные — проводить учения, готовить кадры, модернизировать военные силы… В той мере, в какой мы к этому причастны, — все это происходит. Например, создание в СФУ Института военной подготовки говорит о том, что несмотря на настойчивые попытки развалить подготовку кадровых офицеров в России есть еще здравые силы, которые стараются минимизировать этот процесс. Наш университет способен готовить высококвалифицированные кадры для военно-воздушных сил, и мы будем это делать. Вторая составляющая нашего участия — те разработки, которые мы ведем совместно с ОАО «Информационные спутниковые системы имени академика М.Ф. Решетнева», ФГУП НПП «Радиосвязь» и другими ведущими предприятиями России. Надо понимать — если мы будем сильными, то нам не придется бояться угрозы со стороны США, Китая или мусульманского мира. А если мы будем слабыми, то нам может угрожать даже Монголия… Сегодня мы достаточно сильны во многих сферах, а там, где существенно отстаем, это происходит из-за неэффективного использования финансов и людских ресурсов. Например, тот же Китай строит грандиозные планы по освоению космоса, а мы почти бесплатно отдаем уникальные разработки американцам...


А.И. РАЗУВАЛОВА, ДОЦЕНТ КАФЕДРЫ ИСТОРИИ ЛИТЕРАТУРЫ И ПОЭТИКИ

—Трагедия войны, ее события и их осмысление сформировали в отечественной литературе целый пласт оригинальной военной прозы и поэзии. Чем характеризуются произведения, написанные сразу после войны, и те, что появляются сейчас?

— Во время Великой Отечественной войны более интересно развивалась поэзия (что, в общем, объяснимо: поэзия — одновременно голос «Я» и «МЫ», она способна передать движения души человека, защищающего свою страну, переживающего разлуку с любимыми, страх смерти, отчаяние, радость победы, и в этом смысле она была необычайно востребована). Проза, глубоко и серьезно осмысливающая события войны, появилась в конце 1950-х гг. На протяжении двух с лишним десятилетий «военная проза» оставалась одним из самых интересных тематических направлений в нашей литературе. Стоит подчеркнуть, что авторами «военной прозы» в подавляющем большинстве случаев были люди, прошедшие войну солдатами или в низших офицерских чинах (не случайно эту прозу критика стала называть «лейтенантской»). Критики говорили и о том, что в повестях В. Астафьева, В. Быкова, К. Воробьева живет «окопная правда». Действительно, война в них была увидена глазами тех, кто, по сути, являлся «пушечным мясом». В прозе этих авторов затрагивались ранее табуированные страницы военной истории (как, например, плен или трагические первые месяцы войны в повестях К. Воробьева), образ врага утрачивал плакатную однозначность. Но самое главное, пожалуй, то, что «военная проза» конца 50-х-70-х гг. в лучших своих проявлениях была прозой философской, ибо речь в ней шла об экзистенциальных проблемах: ее герой — это личность, испытывающая страх и отчаяние, принимающая вызов судьбы, находящаяся в ситуации «перед лицом смерти» и осуществляющая в такой ситуации свой выбор в пользу человечности или жестокости. Безусловно, «военная проза» тех лет сыграла огромную роль в осмыслении трагедии войны и стала важной ступенью в обретении нашим обществом гражданской зрелости. Но была ли ею сказана вся правда о войне? И возможно ли сказать всю правду? Наверное, нет. Интересно, что очередная волна интереса к военной теме пришлась на 90-е годы, когда радикальной переоценке стали подвергаться многие страницы нашей недавней истории. Можно много говорить о характере интерпретации событий 1941-1945 гг. в культуре 90-х годов (прежде всего в литературе и кино — в романах В. Астафьева «Прокляты и убиты» и Г. Владимова «Генерал и его армия», фильмах Д. Месхиева «Свои» и А. Рогожкина «Кукушка» и др.), но если попытаться суммировать главное, то можно констатировать трансформацию центрального конфликта — теперь это конфликт «своих» со «своими», конфликт человека и государства. Оказалось, что именно такой ракурс позволил художникам говорить о травматическом опыте войны, который еще не был освоен нашим искусством.


Ю.В. ГРИЦКОВ, ПРОФЕССОР КАФЕДРЫ СОЦИОЛОГИИ ИППС

—Если военная история становится все более удаленной по времени, и молодое поколение уже все меньше ее знает и ею интересуется — это потеря для нации или нормальный социальный процесс?

— То, что молодое поколение меньше знает военную историю, менее эмоционально её переживает, это естественно: оно живёт в совершенно иной информационной среде, нежели поколение послевоенное. Проблема, по-моему, не в том, чтобы сохранить представление о Великой Отечественной войне неизменным, а в том, чтобы не «прервалась связь времён», чтобы не произошло внутреннего отчуждения от этого ключевого для нашего народа события. Победа 1945 года должна вписываться в единый исторический контекст вместе с победами нынешними. Если мы будем кичиться лишь тем, что сделали когда-то наши отцы и деды, не пополняя историю своими достижениями, то вряд ли будем достойны их подвига.

Как известно, на прошлое невозможно воздействовать, но его необходимо постоянно переосмысливать. Образ прошлого постоянно изменяется вместе с нами. Очень важно, насколько нынешнее молодое поколение сможет ощутить эту войну как СВОЮ историю.

Средняя оценка: 3.8 (проголосовало: 5)