Тридцать смелых

На традиционном конкурсе «Грамотей» организаторы в качестве диктанта предложили отрывок из «Последнего поклона» В.П. Астафьева – текст (см. ниже) не суперсложный, но и не совсем уж простой.

Кроме диктанта следовало написать и истолковать «слова текущего момента» – достаточно часто употребляемые в современной публицистике, в научной сфере и в обычной жизни: баррель, рецессия, дефолт, превентивный, преамбула, компиляция, дефиниция, кондоминиум, конформист, сомелье. Самыми «коварными» оказались, пожалуй, баррель и дефолт; слова эти постоянно в употреблении, но все ли знают, что нефтяной баррель составляет 159 л, а дефолт – это невыполнение обязательств по возвращению заемных средств?

Не оказалось ни одной работы, свободной от ошибок (вариативные знаки препинания за ошибку не принимались). И все же призеры есть! Первое место разделили между собой Ксения Зырянова (Институт космических и информационных технологий) и Роман Астротенко (Гуманитарный институт), допустившие по одной ошибке. В числе призеров Светлана Кущинская (Институт педагогики, психологии и социологии), Юрий Жулий (Гуманитарный институт), Мария Мустафина и Саманта Матецкая (Институт филологии и языковой коммуникации). Все названные студенты, а также Руслан Ахмедов и Иван Черкасов (Гуманитарный институт) хорошо справились и со второй частью задания. Победителям – флешки, электронные словари, диски…

В конкурсе участвовали студенты разных институтов, кроме уже названных – Институт математики, Институт цветных металлов и материаловедения, Институт экономики, управления и природопользования.
И еще один важный момент: впервые к студентам присоединился преподаватель – О.В. Адмаев, доцент кафедры строительной механики и управления конструкциями (Институт градостроительства, управления и региональной экономики).

Благодарим всех, кто проявил интерес к «Грамотею» в этом году! В будущем приглашаем к участию в конкурсе не только студентов, но и преподавателей и сотрудников – испытать себя, продемонстрировать высокий уровень компетенции в языковой сфере.

Лидия КИСЕЛЕВА

ТЕКСТ ДИКТАНТА

«Блины, к ребячьей и мужицкой радости, пеклись на селе часто, в субботу или в воскресенье уж непременно. Особым разнообразием: гречневые там, овсяные, крупчаточные, какие пеклись издревле на Руси, – у нас они не отличались. Заводили блины из той же, что и на хлебы, молотой муки, просеяв ее на два раза, а если время гнало, черпали густую смесь из квашни, заведенной на общую домашнюю стряпню, и разводили «кислые» блины, стало быть, блины из квашеного теста.
Блин, он что и пельмень, в изготовлении скор, в еде ходок. Чалдоны говорят, коли последний блин или пельмень в рот вкладываешь, а на первом сидишь, значит, все, насытился человек. Однако ж, бывало, объедались, чаще всего пельменями, варенными в костном бульоне. Горячими блинами тоже объедались. Если пробегаешься, поработаешь, они как-то сами собой катятся и катятся на мягкое дно, мимоходно согревая нутро и радуя душу. Только дышать становится труднее, горячие и масляные пары скапливаются в тебе и «нутренность спирают», требуют выходу. Когда первый блин поспеет, макнешь его, не макнешь в масло, порой даже в трубочку его свернуть не успеешь и мятым лопушком пихаешь в рот. Там он уж сам собой ищет ходу и проваливается в какую-то радостно притихшую пустоту.
Но вот движения твои замедляются, глаза и нос не так востро ловят шум блина на сковороде, отмечая его зажаристость и духовитость. Праздничным платочком-уголочком складываешь блин и макаешь почти до пальцев в чашку с маслом, да еще и повалять его, а то и поплюхать в масле-то норовишь – так просто, насухую он уже не идет, застревает в верхней части туловища».