Человек-легенда

Так говорят о Наиле Хайбулловиче Загирове его ученики. Они правы, по-другому просто нельзя: ведь его детище — целый институт, который он начинал создавать более полувека назад!

— Если быть совсем уж точным, то с Институтом цветных металлов я связан 66 лет, — говорит его первый ректор Н.Х. Загиров. — В 1944 году — студент Московского института цветных металлов и золота им. М.И.Калинина. Закончив с отличием, поступил в аспирантуру. Там же защитился, специализируясь (в условиях очень большой секретности) в области разработки месторождений для атомной промышленности. В декабре 1958 года вышло постановление правительства о переводе института в Красноярск. И вот тогда на мою долю выпала задача: возглавить этот перевод и исполнять обязанности первого ректора Красноярского института цветных металлов.

—... и золота.

— Это слово из названия тогда убрали. Как шутили острословы: «золото» осталось в Москве.

— Тем не менее, не всё начиналось с нуля?

— Когда в январе 1959 года я приехал сюда, здесь были пустыри да стены так и недостроенного горного техникума. Сегодня — прекрасное здание учебного корпуса. Вторая проблема — кадры: из 250 московских профессоров и доцентов ни один не изъявил желания переехать в Красноярск, на это решились лишь 7 аспирантов и кандидатов наук. Однако уже в 1959 году мы провели первый набор студентов. И как бы ревностно и скептически к нам ни относилось красноярское вузовское сообщество, конкурс превзошёл все ожидания — 6,4 человека на место! Планы по развитию горно-металлургической промышленности региона стали обретать кадровый потенциал, и к своему сибирскому 50-летию институт подготовил около 32 тысяч инженеров.

— О чём вспоминаете с особой радостью, может, гордостью?

— Конечно, о первых студентах, первых выпускниках — это же была настоящая победа. И до сих пор напутствую пожеланием — помните свой институт и тех, кто вас учил, любите свою работу и не останавливайтесь в карьерном росте.

А ректором я был 4 года, потом решил, что надо докторскую защищать. Так стал первым «доморощенным» профессором, доктором технических наук. И вот какой интересный факт: 17 января 1970 года, когда я защищал в Москве в Институте физики Земли Академии наук СССР докторскую диссертацию, наш институт наградили орденом Трудового Красного Знамени. Конечно, это было связано с 50-летием Московской горной академии — нашей общей прародительницы. Но — день в день, для меня это был двойной подарок.

Потом 30 лет я заведовал кафедрой подземной разработки рудных месторождений. Когда она разрослась и научным потенциалом, и кадрами, уже мои ученики открыли новые перспективные кафедры: открытых горных работ и шахт-ного подземного строительства.
Горжусь и тем, что в 1982 году мне первому в нашем вузе присвоено почётное звание заслуженного деятеля науки и техники СССР. С 1998 года — академик Международной академии наук высшей школы, а с 2005 года — Академии горных наук.

Был ещё один интересный период в моей жизни: 20 лет работал председателем аттестационной комиссии профессорско-преподавательского состава. Более 200 человек получили моё заключение на присвоение учёного звания; очень ответственная, скажу вам, миссия. Сейчас работаю в неординарной должности — профессора-консультанта. Многие обращаются как к человеку, умудрённому опытом. Вот, например, идёт у нас переаттестация кафедр, вместе с ней —ротация кадров. Здесь нужны аргументы и даже деликатность в поисках путей примирения, иначе работа кафедры под угрозой. А ведь это, нередко, опыт целых поколений.

Одновременно пишу монографию по истории нашего института. Это мой долг и обязанность, потому что кроме меня московский период никто не восстановит. Уже готово почти 300 страниц с иллюстрациями. Если бы не пожар в 2003 году...

У меня здесь библиотека была — во всю стену; всё пропало, в том числе почти весь архив красноярского периода. Несколько опалённых листов, залежавшихся в «углах», — всё, что осталось. Но на данный момент глава с 1959 по 1994 год практически закончена.

— Вы из поколения, которому пришлось, едва окончив школу, идти на фронт…

— Войну вспоминаю часто. Когда моим сыновьям исполнялось 17, я невольно сравнивал и всегда удивлялся: как я мог воевать в таком возрасте? Но это было. Вначале попал в училище, где получил самую «простреливаемую» специальность — танкового десантника. Затем — на фронт, в пекло Курской дуги. За боевые заслуги получил 15 наград, в том числе два ордена: Отечественной войны 1 степени и Красной Звезды. После тяжёлого ранения при форсировании Днепра больше на фронт не вернулся, а подлечившись, но ещё на костылях, поехал поступать в Московский цветмет. Выбор, конечно, не случайный. Я вырос в башкирской деревне Уразово, в крестьянской семье. Место там у нас особенное, говорили: куда ни ступи — везде золото. Но искали его и отрабатывали месторождения французские концессионеры. Уже тогда задавался вопросом: почему они, а не мы?

— Что помогало вам в жизни?

— В профессии я жизненно обязан своему учителю Михаилу Ивановичу АГОШКОВУ — академику РАН, Герою Труда, в нашей отрасли он — светило мировой величины. С 1948 года и всю жизнь, пока был жив, постоянно общались. Мне дорого было его доверие.
Самая большая ценность — моя семья. Я ещё аспирантом женился, в 52 году, тоже на аспирантке — Елене Константиновне. Вместе приехали в Красноярск, вместе работали в институте. Доцент, кандидат наук, она пользовалась большим уважением, была организатором кафедры обогащения полезных ископаемых. А младший сын Николай заведует мощной кафедрой обработки металлов давлением, где под его началом работают 4 доктора наук.

Есть у меня и вдохновитель — Михаил Никитич БУРУХИН, первый сотрудник, которого я принял на работу. Ему уже 97. Так вот 50 лет назад он увлёк меня еженедельными лыжными прогулками: буквально поймал, посадил в машину, и мы поехали к нему на дачу в Петряшино. И так —30 лет. Потом силы стали не те для лыжных пробежек, тогда я его уговорил начать ходить в баню. До сих пор еженедельно ходим — для бодрости духа.

И с хитринкой в глазах добавил:

— Помните у Пушкина: «Я пережил свои желанья, я разлюбил свои мечты...»? Это не про меня. Желаниями и мечтой надо жить всегда, и в мои 85 — жизнь продолжается!

Любовь ГАБЕРБУШ
Фото Павла САМОРОДСКОГО
Средняя оценка: 4.8 (проголосовало: 24)