Пройдёт!
Артем Егоров, ИФиЯК

Этот пустой зимний день походил своей серостью на мышь, как никакой другой. Хотелось, чтобы он уже быстрее забился в нору ночи и исчез там навсегда. Опилки громоздких туч беспрерывно сыпались на землю и трескались миллиардами под подошвами ботинок, создавая противный, звонкий звук. Невыразительное пятно на небе выглядело беспомощным и жалким: его слабые лучи проигрывали в битве с густой плёнкой небес, захлёбываясь в ней, не дойдя до земли. Постоянное движение машин не придавало жизни этой картине, а создавало впечатление агонии всего сущего. Словно умиравший засуетился в последний момент, вспомнив про какую-то не сделанную мелочь, уже не имеющую значения. Торчавшая из земли проволока голых деревьев, казалось, плотной сеткой облепила всё вокруг, не давая пошевелиться. Редкий прохожий, охваченный желанием быстрее оказаться дома под пледом с огромной кружкой кофе, нёсся по улице, сложившись в комок, засунув руки по локоть в карманы, а голову обмотав воротником.

Одним из таких прохожих был я. Только нестись приходилось, к сожалению, не домой, а на встречу с друзьями. Мы вознамерились отправиться в тренажёрный зал: говорят, красивым симметричным людям живётся хорошо, и берут их на работу чаще. Желая достичь результата, который казали загорелые мужики с дорогих журналов, мы посещали самое дешёвое спортивное заведение, что смогли найти, три раза в неделю.

До места назначения нужно было шагать достаточно долго, поэтому я успел вспомнить всё, что мешало мне назвать себя более-менее удовлетворённым жизнью. Учёба совершенно не ладилась: безумнее этого семестра ещё не было. Всё смешалось в кучу. Преподаватели вечно в командировках, при этом намечаются суровые экзамены; монографий штудировать столько, что волосы норовят, встав дыбом, проткнуть шапку; а некоторые дисциплины по своей мудрёности не уступают учебникам по теории подшипниковой механики швабровых установок. Занятия вечно до вечера. Приходится сидеть за целый день за партой голодным: денег на еду нет. Маме и папе всё никак не могут отдать зарплату. Плюс у нас несколько кредитов, поэтому живём в режиме жёсткой экономии. Следим за каждой копейкой и растягиваем сто рублей на пятьдесят дней. Ещё и с родственниками не в ладах. После всего, что произошло между нами, приходится сидеть с родителями в мизерной однокомнатной квартире, которую никак не удаётся продать, чтобы переехать в нормальное жилье.

От состояния вязкой и глубокой меланхолии спасало только осознание, что погружение в него ничего не изменит и жизнеутверждающая, всесокрушающая музыка, безжалостно атаковавшая мои уши. Люди, которые заслуживают того, чтобы быть жизненными ориентирами, кричали из наушников под тяжёлые гитарные ритмы и дробящие барабаны, что борьба – удел человека, а уныние – судьба слабака. Появление их с гастролями в нашем затхлом городишке подняло бы мой (да и, наверняка, не только мой) дух значительно. Однако вероятность приезда таких гостей в наш город была, как мне казалось, настолько же невысока, как и возможность победить в рукопашной схватке танк. С этой мыслью я повернул за угол и пошёл навстречу друзьям.

Пожав друг другу руки, мы двинулись в тренажёрный зал, где тренировка превратилась в мучение. Все попытки сражения со снарядами оканчивались фиаско: мышцы категорически отказывались напрягаться. Обвинив во всём погоду, заслуживающую экзекуции, мы отправились на остановку, дабы разбежаться в разные стороны. По дороге один из товарищей вдруг, невзначай, так обмолвился о том, что мой любимый музыкальный коллектив вскоре посетит Красноярск. Зная своих милых друзей и их забавную манеру подшучивать над всем святым, что есть у человека и юмора ради сыпать пуды соли ему на рану, я эту новость на ус намотал, но известию не поверил…

Соответственно, доза удивления, которую я получил, увидев на официальном сайте подтверждение скорого концерта, меня чуть не разорвала. Оранжевым по чёрному было написано, что вскоре моя любимая группа посетит мой город. Список гастролей: дата, площадка, страна. И это не сладкий, словно одноимённая вата, сон, а суровая, как солёный огурец, реальность!

В наших краях подобные гости редки, что олигархи в пролетарской пивной. Мало кто отваживается отправляться в самое сердце Сибири, где, как кажется жителям запада, по центральным улицам катается снежная королева на своём троне, работающем от дизеля. Поэтому, чтобы всё выглядело уж совсем круто, в графе «страна» было написано не «Россия», а «Сибирь». Географы молча выходят из комнаты. Да и шут с ними. Главное – что, похоже, невероятное почти случилось!

На следующий день стали продавать билеты, я побежал в магазин. И вот за символическую сумму в моих руках оказался дисконт на мечту, с которого при суровой роже взирал солист ансамбля. Солнце засветило чуть ярче, все неприятности казались уже менее значительными: скоро я вживую увижу легендарных людей, играющих первоклассную музыку. Ради таких моментов стоит жить.

В зале я был перед самой сценой. Меня окружало озеро людей, которое непрерывно скандировало имя тех, кому они пришли выразить признательность и благодарность за их творчество. Я стоял молча и до сих пор не мог поверить, что происходящее вокруг - правда. Мне казалось, что такое бывает только в глупых приключенческих книгах. Но, наконец, те, кого все ждали, появились перед благодарной публикой… Это был незабываемый концерт!

Нажимая на звонок возле входной двери, я немного взгрустнул. Одним ударом груз проблем, возникнув в памяти, разрушил царившую в душе эйфорию. Отец открыл дверь, встретил меня традиционным приветом и прошёл в зал. Снимая с себя верхнюю одежду, я почувствовал приятный запах праздничного ужина. И правда: в зале стоял стол, на котором меня дожидались разные вкусности – явный признак того, что кем-то из родителей зарплата была, наконец, получена. Мама беседовала по телефону. Я взглянул на неё и приветственно кивнул. В ответ она подмигнула и улыбнулась. Я прислушался к разговору: беседа велась с тем, с кем, как мне казалось, мы уже никогда не увидимся и не заговорим. Видимо, отношения в семье налаживаются.

Я подошёл к папе и спросил, как прошёл его день. Он ответил, что всё хорошо, но пора бы готовиться к предстоящей суете: мы скоро переезжаем. Старая квартира наконец-то была продана.

Ещё не до конца поняв, что всё, вроде бы, налаживается, я сел за компьютер. Зайдя на свою почту, обнаружил сброшенные одногруппником ответы к предстоящим экзаменам. На автомате скачал документы и ещё долго просто тыкал разные ссылки.

Ночная метель своим свистом пыталась повторить звуки симфонического оркестра. Я лежал на перине под тёплым одеялом, и благодаря крепко закрытым окнам вьюга казалась негромким шёпотом ветра. Железные ворчливые жуки медленно ползли по чёрным скользким дорогам, согревая в своём нутре зевающих уставших людей. Под покровом вуали, что свисала с рослых фонарей, снежинки устраивали ураганные танцы, мелькали, кружились, соединялись, разлетались и растворялись в округлых сугробах. Всё было белым и чистым. Словно природа нарядилась в фату и воздушное платье, не ведая, что жениха так и не получится дождаться и скоро придёт весна, которая поможет переодеться в лёгкий зелёный костюм.

Заснул я достаточно быстро. Почти без всяких мыслей. Только на утро постепенно понял, что черная полоса всегда сменяется белой. А проблемы имеют свойство после своего разрешения превращаться в повод для шуток, поэтому они не достойны становиться причиной плохого настроения.

Вчера мной был увиден «Париж». Но, умирать, конечно, пока слишком рано: впереди ещё очень много незнакомых «городов»...

Средняя оценка: 4.3 (проголосовало: 3)