В Сибири надо быть сильным

Июнь – непростое время для каждого студента. Почти все переживают – как-то пойдёт сессия в этот раз? А если ты не волнуешься об оценке на экзамене, значит, ты пишешь диплом. Вернее, проходишь разнообразные и непривычные процедуры: предзащиту, нормоконтроль и даже плагиат-контроль.

Когда доцент кафедры русской и зарубежной литературы и режиссёр документального кино Владимир Кириллович Васильев предложил мне не просто написать диплом, а в рамках нового направления «Кинодокументалистика» снять фильм как дипломный творческий проект, я согласилась.

Тогда я ещё не знала, что снять кино, пусть и десятиминутный фильм, стоит многого. За этими минутами – непростой выбор героя, написание сценария, переживания о съёмочной группе и «монтажный мандраж»…

Сейчас я понимаю: самое главное в любой работе, которую ставит перед тобой университет, это приобрести ключи. Ключами могут быть знания, методы, умения или принципы. Заканчивая работу над своим дипломным проектом, я знаю – у меня в руках появилось несколько ключей, благодаря которым я смогу открыть новые двери.

Один из таких ключей появился у меня благодаря герою моего документального фильма. Меня всегда восхищали люди, которые смогли в веренице возможностей и предложений выбрать именно то, что в дальнейшем составило смысл всей их жизни. Способов найти себя много… Можно путешествовать, учиться, помогать людям. А можно слить это всё вместе и добавить немного (хотя иногда – много) силы воли, желания и получить киокушин.

Именно это японское слово много лет сопровождает Игоря Владимировича КОМАРОВА. Сегодня Игорь Владимирович – тренер высшей категории, многократный чемпион и призёр Красноярского края, участник ряда международных турниров, победитель Краевого турнира по боям без правил, III дан киокушинкай каратэ, президент детского спортивного клуба «Полярная звезда». Игорь Владимирович тренирует детей более 15 лет. В его методике меня всегда удивляла способность учить технике удара и жизненной мудрости, давать маленьким каратистам возможность отдохнуть и в то же время набрать форму.

В такие моменты я понимаю – заниматься тренировкой тела нельзя без совершенствования души, иначе нарушится гармония, которая изначально заложена в каждом. Не подорвать это хрупкое соотношение Игорю Владимировичу помогает православие. Сегодня он – послушник в храме иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». В перерывах между съёмками в спортзале, на соревнованиях, на сборах мне удалось узнать больше об этом интересном и волевом человеке, иногда даже поговорить «за жизнь». Многочасовые интервью уже давно расшифрованы и стерты с диктофона, фразы разбросаны по сценарию фильма, но некоторые высказывания по-прежнему живут, выплывая из моей памяти на очередной тренировке.

Из диктофонных записей

Когда человек крестится, и когда он приходит в храм, иногда это два разных периода жизни. Я родился в городе Загорске, сейчас это Сергиев Посад, центр православия. Там крестить ребёнка – это норма. Но одно дело – меня крестили, другое – как я пришёл в храм. Наверное, чтобы оценить это, мне нужно было уехать из Загорска. Когда я оказался в Сибири, понял, что меня окружает совершенно другой мир, со своими жёсткими правилами и законами. Здесь надо быть сильным. Уже будучи взрослым, я стал ходить в церковь, причащаться.

Был интересный случай, когда я попал в храм как в семью. Как-то подвозил женщину в районе торгового центра, она рассказала, что здесь неподалёку строится храм. Тогда вместо храма ещё стоял вагончик. В воскресенье я поехал на службу. В конце службы, когда все подходят ко кресту, вижу, как батюшка что-то шепчет помощнику. Тогда мне дали большую просфору. Именно в этот момент я понял, что храм станет для меня второй семьёй.

Составляющая восточной философии в киокушинкай каратэ есть и сейчас, но для меня её нет. Ритуалов много: медитация, всё из арсенала восточной мистики. Перед каждой тренировкой я говорю приветствие нашему стилю на японском. Но в оригинале японцы приветствовали не только стиль каратэ, но и богов буддизма.

Мне пришлось через многое пройти, чтобы понять, как я, православный человек, могу заниматься восточным единоборством да ещё и преподавать его. Мы с батюшкой долго беседовали на эту тему. Я заменил молитву медитацией. И когда в конце тренировки звучит команда «Мокусо» (закрыть глаза для медитации), я разрешаю приверженцам православной веры молиться в это время, благодарить Бога за тренировку.

Летом мы организуем цикл православных поездок, наши ребятишки помогают в строительстве храма, несколько ребят являются послушниками в храме. Я никого не уговариваю и не агитирую. Это личный выбор каждого. Но на Руси воины всегда были православными людьми.

Неотъемлемые составляющие киокушина остаются для любого человека, независимо от того, из какой он страны и какому богу молится: это и спортивная составляющая (киокушинкай – каратэ полного контакта), и сильная психологическая подготовка, и умение в нужный момент настроиться на решающий бой, и воспитание силы духа.

– Человек может заниматься тем единоборством, которое ему нравится. Вовсе необязательно, чтобы у единоборства или вида борьбы были русские корни. Россия доказала, что наш киокушин силён. Мы вошли в четвёерку сильнейших стран. Россия, Япония, Бразилия, Австралия.
Помнишь один из законов природы: движение – это форма существования материи? И с киокушином происходят изменения, так сказать во времени и пространстве. Япония – тропическая страна. Люди ходят в лёгкой одежде, а каратэ традиционно занимаются босиком. Россия – это холод, мороз, лёд, снег. Необходимо привыкать к тяжёлой одежде, обуви на ногах. Поэтому в клубе мы традиционно проводим сборы на улице, используем и технику японцев, и варианты неспортивной, уличной работы.

Я считаю, что родителям нельзя идти методом запрета: «нельзя сидеть в Интернете!», «нельзя смотреть телевизор целыми днями!». Это не выход. Воспитание детей – это ведь не проблема детей, это проблема взрослых. И сама проблема не в детях, она именно в нас. Так давайте определим самый действенный метод. Мне кажется, что это личный пример: ограничим для себя лично телевизор, пиво, хотя бы раз заменим это спортзалом или прогулкой по набережной. Тогда, может быть, и сам ребёнок через какое-то время меньше будет болтаться без дела, а станет, подражая вам, меняться. И это будет уже его собственный выбор. Начни сам ходить на секцию – их сейчас много, есть специальные занятия для ветеранов. Потом поставь рядом сына или внука – он будет не просто подражать, он станет ещё и гордится. Одна из клятв каратиста звучит так «Мы будем соблюдать правила этикета, уважения старших и воздержания от насилия». Согласись, немного отличается от тех слоганов, которые мы слышим каждый день.

Сейчас тенденция по всему миру – спортом, особенно единоборствами, занимаются в основном дети, так как у них больше свободного времени. Когда они выходят на спортивный уровень, с первого спортивного разряда начинается именно спорт, начинают работать многие отвлекающие факторы. На дворе 21 век, наше время «крадут» компьютеры, Интернет. Детей 8-11 лет – сотни. 12-13 лет – меньше, 17 – единицы.

Если говорить о студентах, то здесь есть те, кого родители привели ещё в детстве, а есть те, кто приехал учиться в Красноярск и пришёл тренироваться уже в 18, просто в маленьком городке, где жил до сих пор, не было такой возможности. Студенту, чтобы систематически заниматься спортом, надо, пожалуй, больше желания, чем школьнику или взрослому работающему человеку. У работающего – жизнь идёт по плану, всё налажено. У школьника – спокойная жизнь под крылом родителей. А у студента самое непростое время, время выбора пути.

Однажды Масутацу Ояма, основатель нашего стиля каратэ, сказал своим ученикам: «Тренируйтесь больше, чем спите». В этом и есть залог не просто успеха, а уверенности в победе. В победе в первую очередь над собой. И как следствие – в победе над противником.

Как тренер с немаленьким стажем могу сказать, что технарей и гуманитариев надо учить одинаково. На тренировке скорее отличаются люди с образованием и люди без образования. Грубо говоря, имеет значение то, насколько развит твой мозг. Работа на тренировке – это не из разряда «черный пояс сказал, все остальные выполнили и разошлись счастливые по домам». Я иногда полтренировки могу объяснять одно движение. Технику поймёт и гуманитарий, и технарь. Только они по-разному до этого дойдут. Технарь, например, представит, как работают рычаги. А у гуманитария в голове сложится картинка с образами. Так что в любом единоборстве важна не столько сила тела и духа, сколько способность понимать и воспринимать новое. Я, например, открываю киокушинкай-каратэ до сих пор. Это можно сравнить с развитием по спирали – я каждый раз возвращаюсь в то же самое место, только на более высоком уровне. И мне кажется, через годы я смогу повторить эту фразу.

Запечатлеть вечное

…Что будет через годы – покажет время. А пока у меня на столе – 14 кассет, 14 часов из жизни одного человека. Казалось бы, всего ничего, меньше суток. Но наш оператор побывал и в спортзалах клуба, и в храме, в котором Игорь участвовал в утренней воскресной службе, и во дворцах спорта, где воспитанники Игоря защищали честь города на соревнованиях, и на обрыве над Енисеем, где наш герой показывал сложные движения из арсенала боевой гимнастики.

Рядом с кассетами – помятый листок. Мой сценарный план, который я писала ещё в октябре. Перечисление эпизодов, выбор времени съёмок, задействованных лиц… От первоначального сценарного плана осталось немного, жизнь вносит свои коррективы, и в документальном кино эти коррективы иногда становятся запятыми, иногда – жирными точками.

Но пространство моей картины, независимо от отобранного материала, заполнялось величием воина и истинно православного человека. Потому что обстоятельства и времена меняются. А кино успевает запечатлеть то вечное, что складывается из маленьких кусочков повседневности, из тех дел, в которые человек вкладывает душу сегодня.

Дарья АМИНОВА, 5 курс отделения журналистики ИФиЯК
Средняя оценка: 5 (проголосовало: 13)