Старая-престарая новость

Тёмными зимними ночами, когда сугробы похожи на россыпь бриллиантов, а беззвучный полонез снежинок заглушает городской гул, на чернильном небе появляются гвоздики звёзд. Словно счастливые детские глазёнки, мигают они то сквозь вязкий трудовой дым выхлопных труб, то поверх пелены морозного пара над великой рекой. Их свет сложно заметить сквозь непобедимое сияние городских огней — только украдкой, только тем, кто знает, где их искать, звёзды с серебряным смехом рассказывают старые-престарые новости.

Где-то далеко на юге точно такое же бездонное небо склоняется над спящей землёй, точно заботливая нянька над младенцем. Напевает колыбельную начавшийся дождь. В иссиня-белом от лунного света песке остаются ямки, и какое-то время песок похож на поверхность Луны. Покрываются мокрыми пятнами плоские крыши глинобитных городских домов и становятся похожими на леопардовые шкуры. Потом дождь побеждает, прибивает к земле лунный свет. Затворяют окна богатые и бедные горожане, пастухи в ночном прячутся в шалаши, кутаются в плащи легионеры, идущие в ночной дозор.

С далёкого севера, с ледяной Карелы, идёт к этому городу могучий тучный старик. Звать его Куллерво. Соломенные волосы его достигают пояса, а густая борода метёт по земле. Ему жарко; иногда он останавливается, чтобы утереть пот, и в эти моменты изучает небосвод пытливыми ярко-голубыми глазами.

Выше дождевых облаков чадит дымом причудливая машина. Она склеена и свинчена из бронзовых и бамбуковых пластинок, а верхом на ней сидит Лу Бань — волшебник из великой Чайной Страны. Играет в звёздном свете прихотливое шитьё его шёлкового халата, а ухоженная лысина отражает луну, словно озёрная гладь. Временами он достаёт из кармана мудрёный прибор ванъюаньйинь и, глядя в него, сверяет курс.

Беззаботно насвистывая, чёрный и невидимый в ночи, идёт из Западной Африки третий путник — стройный и жилистый Комфо Аноче. Его голую грудь украшает татуировка — расправивший крылья орёл, он опирается на узловатую палицу, а на плече несёт огромный мешок. Комфо Аноче тоже поглядывает на небо и затаённо улыбается, обнаружив там яркую-яркую звезду.

Через несколько дней звезда приведёт их туда, куда вела все эти месяцы — в пещеру на скалистом склоне возле небольшого городка в римской провинции. Их встретят серьёзный старик с натруженными руками, хрупкая юная девушка и запелёнутый младенец у неё на руках. Склонит сонную голову могучий вол, скромный ишачок прихлопнет хвостом муху, будут почтительно переговариваться промокшие под дождём пастухи. Куллерво стянет со всклокоченной головы колпак и, посопев, вынет из него свежий венок из ароматного елового лапника. Воспарит под низкими сводами пещерки дивный аромат карельской тайги. Лу Бань погладит тонкие вострые усы, и из рукавов его халата посыплются благоуханные комочки сандала и ладана. Комфо Аноче развяжет свой мешок и достанет в обеих горстях по сю пору пышущее жаром золото песков Сахары. Двумя пальцами он легко разотрёт один самородок в золотую пыль, и младенец заулыбается, глядя, как она оседает на каменный пол...

...А на асфальтовые улицы оседает золотой от электрического света снег. Машины появляются из-под снежной пелены и скрываются в ней, точно медведи за еловыми лапами. Люди торопятся к своим близким и тоже несут подарки. Не все слышали старую-престарую новость, которую рассказывают звёзды, но все ждут — именно в эту ночь — самого большого, самого настоящего, самого-самого чуда. И, что куда важнее — сами его творят.

А Младенец улыбается.

Назар КРОТОВ
Средняя оценка: 5 (проголосовало: 1)