Лилия Подберёзкина: «По жизни я стайер»
(8 марта посвящается...)

Большинство из нас не умеют читать чужие мысли. Чтобы правильно понять друг друга, необходим «золотой ключик» — разговор по душам. Доцент кафедры русского языка ИФиЯК СФУ, кандидат филологических наук Лилия Зуфаровна Подберёзкина сегодня говорит с нами не только о профессиональном, но и о личном…

— Лилия Зуфаровна, всегда ли быстро удаётся найти путь к студентам?

— Ох уж эти пути! Я не ищу их специально. Если вы изначально уважаете аудиторию, умеете доказать ей ценность приобретённых в данном курсе знаний и навыков, если вы компетентны, интересны, увлечены и готовитесь к занятиям, то контакт будет всегда.

Университетское образование — это не система тренингов, где задача тренера — понравиться и создать у участников ощущение успешности. И учебный процесс — не шоу, где артист-преподаватель должен понравиться публике. Но я всегда помню о том, как мы ждали лекций любимых преподавателей — Т.В. ШМЕ­­Л­ЁВОЙ (на фото внизу), В.М. ПАПЕР­НОГО, Г.М. ШЛЁНСКОЙ, как ловили каждое их слово! Это был «золотой век» высокого академического общения преподавателя и студента, и эта коммуникация осталась в памяти как эталон.

— Говорят, студенты разных поколений отличаются — интересами, подготовкой, даже речью. Так ли это?

— Конечно, нынешние студенты очень сильно отличаются, особенно первокурсники. Они не виноваты в том, что стали жертвой эксперимента под названием «ЕГЭ», но его разрушительная сила налицо. Многие не умеют писать рукой, только фотографируют слайды или ставят диктофоны. Даже медленную речь преподавателя на лекции могут осознанно записать единицы. Про грамотность не говорю — это мы в печали, а они «жЫвут» прекрасно.

Но особенно ощутимо, что ушло поколение читающих студентов, а пришло выросшее на Интернете, который, как известно, смотрят, а не читают. Многие ребята увлечённые, достаточно эрудированные, ведут себя не зажато. Но порой не понимают смыслы даже простейших текстов. Когда им даёшь связный текст, который нужно отредактировать, выполнить по нему задание или подготовить его краткий вариант, это вызывает панику, особенно у заочников.

Заочники вообще самая трудная категория студентов. Впечатление, что изучают они в основном технологии «сдачи». Коллеги говорят, что многие студенты информацию в Интернете не умеют даже искать — просто спрашивают у «народа» «в контакте».

Но есть и оптимистические вещи. У нынешних студентов высокая внутренняя мотивация, желание получить хорошее образование, сделать карьеру, быть успешным.

— Как складываются взаимоотношения со студентами разных специальностей?

— По-разному. Всегда тёплые отношения с филологами, особенно магистрами, со студентами Гуманитарного института — это единомышленники, мы на одной волне. Нравится работать со студентами технических специальностей. В своё время много тренингов проводила на разных предприятиях и хорошо знаю производственные ситуации, в которых надо принять решение, подготовить приказ, поручение руководителя, написать служебную записку и т.д. Это позволяет сразу показать ребятам, где на практике им предстоит использовать «великий и могучий» и как, по образному выражению одного из учеников, «развить 3D-формат в мышлении».

С 2007 года я работаю с креативными студентами молодёжного лагеря «ТИМ-Бирюса». Особенно люблю стройотрядовцев. Наталья Вячеславовна ФИРЮЛИНА создала настоящую команду преподавателей Бирюсинского университета, и я очень дорожу сложившимися там отношениями и с коллегами, и со студентами. Никогда не забуду наши занятия в палатках, когда не было никаких технических средств, а ребята со стульчиками всё подходят и подходят, и до тебя уже только полметра (набивалось по 120 человек).

— Ваш преподавательский стаж в вузе — уже более 20 лет. Всё ли устраивает в системе высшего образования, и что необходимо для более эффективной работы со студентами?

— Академику Петру КАПИЦЕ принадлежит афоризм: «Руко­водить — это значит не мешать хорошим людям работать». Вот это и необходимо для эффективной работы со студентами…

В риторике есть золотое правило: на одну минуту свободно произносимой публичной речи требуется в среднем 20 минут подготовки. Складывается впечатление, что у нас просто забыли, что на подготовку к качественным, эффективным занятиям требуется время. В начале ХХ века профессор Санкт-Петербургского университета читал одну лекцию в неделю. Но зато какие это были лекции!

Если во главу угла университетского образования ставится задача подготовить эффективного, компетентного, востребованного в НАШЕМ крае и в НАШЕЙ стране молодого специалиста, способного решать нестандартные задачи, то почему на первый план во всём выходят евростандарты? Сегодня ключевые слова в нашем образовании — РЕЙТИНГ, ИНДЕКС ЦИТИРОВАНИЯ, SCOPUS, ЭОР, СТАНДАРТ, а также ежегодные изменения этих стандартов и создание новых программ. А что такое стандарт? Нечто шаблонное, трафаретное, не заключающее в себе ничего творческого.

Лозунг дня — публикации на английском. Русисты здесь, конечно, самые «немодернизированные». Но давайте переведём на английский язык самые простые факты словаря столбистов: Пыхтун, Шкуродёр, Верхопуз; диалоги: Ну чё там? — Да ничего. Ходится. Вон там ещё какая-то сопля есть.

Слишком узко и не интересно западному миру? Хорошо. Давайте переведём статью о языке городской среды. Например, тексты наших городских вывесок — «Бросил мусор на обочину — знай, ты чмо!», рекламу «Альфа-страхования» — «Купил «немку»? Застрахуй её быстро и без прелюдий», рекламу развлекательного телеканала «Пятница» — «Пятница! Будем хохотаца!».

Давайте напишем о языке нашей бюрократии и объясним евробратьям смысловые отличия в стандартном наборе модульных конструкций, лежащих в основе всех чиновных программ и отчётов: меры по совершенствованию реализации…, совершенствование мер по реализации…, реализация мер по совершенствованию... Дальше можно вставить любое содержание, и базовый текст готов.

Это наши реалии и наш язык, и мне кажется, что прежде всего мы должны воспитывать уважение к своей стране, к её традициям, к её языку, к каждому элементу национальной культуры.

В «Литературной газете» была замечательная статья, в которой автор очень точно написал, что под лозунгом «Даёшь полную и безоговорочную модернизацию!» мы опять убедили себя, что «счастье произойдёт не от смысла, а от материализма».

— Ваш путь в науку, если судить по названию кандидатской диссертации, начинался с изучения языка столбистов. Как родилась идея и имеет ли тема развитие?

На Столбах

На Столбах

— На втором курсе у нас была летняя лингвистическая практика по изучению языка города, одно из направлений было связано с тем, чтобы проверить, что означают слова столбизм, Пыхтун, карман и ещё с десяток других. До этого я ни разу не была на Столбах. И вот мы с подругой Элиной в разгар клещевого сезона, повязавшись платочками, пошли на Столбы искать «столбистов» и изучать их язык. Романтика заключалась в том, что с магнитофоном «Романтик» приходилось залезать на все основные скалы, чтобы описывать «ходы» и записывать диалоги. Это было больше 30 лет назад! А дальше было открытие мира, без которого не мыслю своей жизни до сих пор.

Своему научному руководителю, профессору Татьяне Викторовне Шмелевой я честно сказала, что изучать живой мир столбистов, их язык, субкультуру мне гораздо интереснее, чем активные аспекты грамматики. Потом сводила её на Столбы, мы поднялись на Первый, и совершенно нестандартная тема получила благословение.

После этого приходившим уже в мой спецсеминар студентам я всегда давала добро на изучение любого объекта, который был им интересен, потому что принцип научного общения Татьяны Викторовны — «Человек важнее темы!» — стал определяющим и в моей работе. А что такое, например, тема «Язык красноярских толкиенистов» в 1996 году? Приходилось не только читать Толкиена, но и ездить с дипломницей на игры в Боровое, чтобы понять, что такое мастерятник или скандинавка.

Но какие люди стояли за этими живыми и интересными исследованиями! Многим тема помогла «трудоустроиться по специальности». Например, Татьяна РЯБКОВА, написавшая диплом о речевом поведении современного руководителя, — помощник Председателя правительства Красноярского края по СМИ. Ольга ЧЕЧЁТКИНА, которая описала словарь спелеотуристов, — руководитель сектора общественных связей и медиапроектов министерства спорта, туризма и молодёжной политики. Юля ОЛЬХОВСКАЯ, изучавшая интервью в передачах Алексея КЛЕШКО, Анна ТРАПЕЗНИКОВА — примеров много…

Если говорить о развитии темы языка столбистов, то она стала частью моих больших исследовательских проектов «Лингвистическое градоведение» и «Языковая политика в городской среде». А все основные понятия и термины столбизма, помимо диссертации и научных статей, я описала в «Енисейском энциклопедическом словаре».

— Разработка авторских курсов требует глубокого погружения, при этом вы читаете лекции ещё в трёх вузах и ведёте занятия на пяти программах повышения квалификации. Но ведь в сутках только 24 часа! Даже не верится, что при таком графике жизни находится время на активный отдых. Вы до сих пор «болеете» Столбами?

— «Болею». Хожу к друзьям в избу «Голубка». Хотелось бы чаще. Но, к сожалению, получается один-два раза в месяц. В юности прошла хорошую советскую школу плавания в Железногорске. Первая тренировка начиналась в 6 утра, я вставала в 5, чтобы поесть и добежать с портфелем в одной руке и «плавательной» сумкой в другой за 30 минут до бассейна, потом сразу бегом в школу. Вторая тренировка уже после обеда, с 16 до 20: кросс, плавание 3-4 км. У меня был 1-й разряд на дистанции 1500 м и второй на всех остальных, так что по жизни я стайер.

В университете год занималась уже скоростным подводным плаванием у замечательного тренера В.В. ИВАНИЦКОГО, выполнила второй взрослый разряд. Из личных рекордов: на прошлой спартакиаде СФУ проплыла после годичного перерыва 50 м за 37, 6 сек., почти на секунду лучше, чем в 40 лет!

Ещё очень люблю лыжи. Горные лыжи пришлось оставить после неудачной операции, но катаюсь на беговых у нас на «биатлонке». Преподаватель всегда должен быть в форме, чтобы излучать позитивную энергию. Мне в этом ещё помогает йога и танец живота.

— Ваши коллеги рассказали, что в последнее время вы увлеклись парусным спортом, получили права на управление яхтой…

— Да, с 2006 года участвовала в шести регатах на Красноярском море в составе экипажей разных яхт. Одним из ярких впечатлений было то, как мы попали в белый шквал. Внезапно за поворотом в районе Приморска яхту накрыла белая пелена — сильный ветер, полутораметровые волны, брызги, всё превратилось в сплошную водно-пыльную массу, грот разорвало, от резкого порыва яхта сильно накренилась и почти легла мачтой на воду. Но через 40 минут ветер стих, мы «почистили пёрышки», за 4 часа зашили парус и вернулись в гонку.

В прошлом году решила сделать себе юбилейный подарок: закончила летом международную школу «Sailing Time» в Мармарисе, сдала экзамен и получила права категории «INTERNATIONAL FLOTILLA SKIPPER SAIL», а ещё сходила в турецкую регату с нашим учебным экипажем.

Конечно, на 40-градусной жаре мозги от навигационной теории просто плавились. Это очень хорошая встряска — знать виды маяков и типы буев, правила обгона, сигналы в условиях плохой видимости, решать задачи на определение скорости течения при квадратурном и сизигийном приливах. К экзамену приходилось многое зубрить — шкалу Бофора, виды облаков на латыни. Испытала все эмоции студентов накануне сдачи ответственного экзамена.

Практика давалась гораздо легче, из всей команды мне первой доверили руль на лавировке в сильный ветер, но и на шкотах приходилось работать по полной программе, без поблажек на гендер. Вот здесь очень пригодилась спортивная подготовка.

Но получила колоссальное удовольствие. Когда ветер 20 узлов, яхта летит курсом «галфвинд», и ты за рулём — это непередаваемые ощущения!

Вера КИРИЧЕНКО
Средняя оценка: 4.7 (проголосовало: 13)